Автор
В этом романе Лу Бери описывает обычную женщину, которая каждый день вынуждена преодолевать невероятно сложный и утомительный рутинный процесс — то есть встать рано утром, заниматься домашними заботами и на вечер уже чувствовать себя готовой к самому страшному кошмару. Ее дни переполнены неуклонным давлением и необходимостью быть идеальной хозяйкой, даже когда она с трудом воспринимает это как праздник....
Потом, как выплатишь, перепишешь квартиру на меня…
Эдуард хохотнул, примиряясь с мыслью, что его шантажирует родной сын. И вот такого человека он воспитал?
Он стоял, проигрывая в голове все возможные варианты дальнейшего развития событий.
Согласиться? Сделать только вид, что согласен, оттягивая время? Или попросту признаться во всем, сжечь все мосты?
Ян вкрадчиво добавил…
- Подумай, пап. Я ведь на твоей стороне могу быть. Если решишь с матерью разойтись – поддержу тебя в суде…
От слова «суд» замутило ещё сильнее.
- Про ипотеку ты, значит, в курсе, а про то, что это делается не за один день – видимо, нет. До Нового года осталось всего ничего! Раньше, чем после праздников этим всем заняться не получится…
Он говорил все это, а сам думал – как выйти из развода с наименьшими потерями?..
- Значит, после Нового года, - кивнул Ян. – Ничего, я подожду. Но не забуду, не думай.
* * *31 декабря
Едва зашёл в квартиру, которая буквально кишела людьми, была полна суматохи и шума, сводила с ума гулом голосов – сразу захотелось сбежать.
Оказаться бы сейчас с Линой наедине! В новой квартире, которую выбирал так придирчиво, с огромной любовью…"
"Но вместо этого он приветствовал друзей, родню, почти на автомате отвечал на их вопросы, раздавал дежурные улыбки, спрашивал в ответ что-то из вежливости…
Завидев его, тут же подскочила мать, которая до этого трещала с сестрой. Проворчала…
- Твоя жена так и не научилась нормально запекать курицу! Я уже по запаху чую – она сухая и невкусная!
- Предложение помочь мне на кухне все ещё в силе, Вера Андреевна, - раздался рядом голос Даши.
Мать недовольно поджала губы, а потом выпалила:
- А ты что, ждёшь, когда я окочурюсь? Фига! Я намерена жить двести лет!
Эдуард едва не расхохотался. Вот ведь прямолинейная старая гарпия!
Даша, тем временем, недоуменно выгнула бровь…
- Живите на здоровье. Просто Эдуард говорил…
Он тут же взял жену под руку, требовательно развернул к себе.
- Не надо.
Вот что ценил в Даше, так это то, что она умела понимать его без лишних слов, знала, когда тему продолжать не стоит. Жена едва заметно кивнула на его слова, отошла…
Пронесло. Только и не хватало сейчас, чтобы мать заявила, что он вовсе и не навещал её на днях…
Оставшееся до полуночи время прошло, как в тумане. Когда все расселись за столом, Эдуард едва заметил, как пробили куранты…
Он завис в телефоне.
