Автор
В этом романе Лу Бери описывает обычную женщину, которая каждый день вынуждена преодолевать невероятно сложный и утомительный рутинный процесс — то есть встать рано утром, заниматься домашними заботами и на вечер уже чувствовать себя готовой к самому страшному кошмару. Ее дни переполнены неуклонным давлением и необходимостью быть идеальной хозяйкой, даже когда она с трудом воспринимает это как праздник....
Что, при желании, размажет этого молокососа о стену! Это будет не столь уж трудно – у Яна мозгов только и хватало, что в компьютерные игры играть, а следить за собственным телом ему было вечно лень! Вшивый, тупой хиляк!
Эдик смотрел в его глаза, постепенно наливающиеся кровью, взиравшие на него с ненавистью, и точно так же смотрел в ответ. Сына в нем он в этот момент не видел, не узнавал, не чувствовал. Он видел перед собой лишь соперника – более молодого, посмевшего заявить права на его, Эдуарда, любимую женщину…
Весь мир сузился до одной точки.
Эдуард откуда-то со стороны слышал голос Лины. Напуганный, дрожащий…
Но не повернул головы в её сторону.
- Лина, не лезь, - лишь бросил отрывисто.
Он зло встряхнул Яна, которого легко удерживал на месте, несмотря на попытки этого говнюка на него броситься, и потребовал ответа…
- Почему ты назвал Лину своей девушкой?! Что у тебя с ней было?!
И почти сразу же ощутил, как что-то, а вернее – кто-то, повис на его локте.
Глупая. Бесстрашная. Восхитительная.
- Эдик, отпусти его. Я сама все объясню! – проговорила моляще.
Она была так близко, что он ясно уловил аромат её духов. Осознал её присутствие. Напряжённые мышцы невольно расслабились, дыхание стало ровнее…
Он уже готов был выпустить Яна из захвата, отбросить от себя, как тряпичную куклу, но в этот момент тот зло выкрикнул:
- Мы с ней переспали! А ты, дерьмо старое, должен отвалить! И не трогать своими погаными руками моего ангела!
В голове у Эдика словно что-то взорвалось.
С глухим ревом он развернулся, вновь встряхнул этого гаденыша и собирался приложить его о стену, но перед глазами вдруг все поплыло, заплясало, стало резко не хватать воздуха…
Собственные руки против воли ослабли, разжались, поддавшись дрожи. Эдуард тяжело привалился к стене, ища опоры, а по мозгам, как встревоженная сигнализация, било одно-единственное слово…
Сахар…
Лина подскочила к нему, подхватила под локоть…
- Эдик! Эдик, тебе нехорошо?!
Он слышал в её голосе испуг.
Не мог он при ней показать своей слабости, не хотел выглядеть больным и немощным!
- Нет, просто…
Просто что? Он не смог придумать. Но Лина, к счастью, и не ждала продолжения.
