Автор
В фееричном тёмном лесу, где лишь звуки шагов тревожат покой ночи, я случайно раскрываю свою сущность полукровки. Панорама близкой к Академии Млечного пути проникает в мой ушёптый мир - каждый шум, каждое движение будто предвещает приближение чего-то важного и неизведанного.
Провёл кончиком носа от уха до щеки и остановился над губами. По моему телу прошлась волна крупной дрожи, я оторопело смотрела в глаза магистра и видела в них танец лукавых искорок. Он просто смеялся надо мной!
— Отпусти! — вместо холодного, чеканящего требования, мой голос выдал задушенный писк.
— Нет, — и Лорк резким движением приник к моим губам."
"А меня подкинуло в кровати уже в доме Ингрид. Сердце бешено колотилось, но не от страха. А от предвкушения того, что должно было случиться. Но не произошло. И я хотела бы сказать — и слава Лучистой, но внутри, наоборот, ощутила лишь разочарование.
Сев в постели, я посмотрела в окно. И, наблюдая за занимающейся зарницей, я наконец-то призналась себе — мне хотелось продолжения. И это начинало пугать, потому что могло стать большой проблемой. Если магистр действительно тот, кто узнал способ прорыва защитных куполов вокруг резерваций люменов, мне не остается ничего другого, кроме как устранить источник утечки информации. Убить Данте.
Как меня учили в Ордене? Жизнь вампира по сравнению с благополучием люмена есть ничто. Поэтому никакой привязанности. Никаких сомнений. И никакой жалости!
[1] Когтемаха — крупное медведеподобное млекопитающее, с длинными когтями между пальцев.
Глава 9. А это точно безопасно?
Утро у меня, можно сказать, удалось. Хотя бы потому, что уснуть после пробуждения я так и не смогла, а потому заняла ванную первой. Пока её снова не оккупировал Аксель. Понятия не имею, что мог так долго делать там зверёк, возможно, отмывал карму своей любящей хаос хозяйки.
Вспомнив о последней, я решила, что надо бы сгладить вчерашний конфликт. Всё-таки зря я на неё ополчилась. Учитывая осведомлённость Ингрид в делах Академии, мне нужно с ней дружить. Она слишком ценный ресурс, чтобы так необдуманно лишаться её помощи.
Поэтому когда на кухне появилась заспанная мордашка ведьмы, её уже ждал накрытый к завтраку стол.
— Ты меня отравить решила? — подозрительно глядя на меня, спросила Ингрид и уселась за стол.
— Нет, это мой способ сказать ""Извини, я вела себя, как зазнавшаяся задница!"", — я улыбнулась как можно мягче, всем своим видом показывая, насколько велико моё раскаяние. — Ты хотела, как лучше, и говорила по существу. А я вспылила.
— Знаешь, если после каждой такой твоей вспышки мне не придется париться с завтраком, то, пожалуйста, полыхай сколько твоему светозаршеству хочется, — и, не заметив, как меня перекосило от такого эпитета, ведьма потянулась за своей порцией яичницы.
