Старый дуб наедине со своим новым наследником – молодым и крепким деревом. Ветки усыпанные листочками и свежими каплями солнечного зерна, а ствол обхвачен двумя-тройку раз. История растений в таком клане необычайно долога.
– Ну, чего стоишь, как кукла? Раздевайся! – чуть ли не потребовала от нее Лера.
Девушка улыбнулась, но, как мне показалось, сквозь слезы. Может, я и вызывал у нее какой-то интерес, но в постель к нам она ложиться не хотела. А раздеваться начала, потому что у нее не было другого выбора. Платье сняла медленно, через опущенную голову, а оставшись без лифчика, стыдливо закрыла руками грудь. Больше я выдержать не мог.
– Давай кончай этот балаган!
– Вместе кончим! – хихикнула Лера.
Но это еще больше возмутило меня, и я, резко вскочив с кровати, развернул обескураженную горничную к себе спиной и не очень вежливо выставил за дверь.
– Пошла и отдала ей! И больше так не делай, поняла?
Мой гнев привел ее в чувство.
– Я же как лучше хотела!
– Я сказал, пошла!
Ее я вытолкал за порог более грубо и еще закрыл за собой дверь.
– Дурак! – донеслось до меня из коридора.
Но я не ответил и завалился спать."
"Лера не стала проситься обратно, я слышал, как ее каблучки зацокали вниз по лестнице.
Я уже засыпал, когда услышал телефонный звонок. Сигнал шел из шкафа, где находилась моя куртка. Это могла звонить Дарья, но мне так лень было вставать. Может, и не Дарья это вовсе... Я смог уговорить себя и заснул.
Проснувшись, я услышал, что телефон по-прежнему звонит. Или сон мой был очень короток, или я кому-то был очень нужен. Пришлось подниматься, лезть в шкаф за телефоном.
– Ты что, спишь? – услышал я приглушенный голос Дарьи.
– А ты чего так тихо?
– Вдруг подружку твою разбужу, – с соленой насмешкой сказала она.
– Какую подружку? – похолодел я. – Нет со мной никого.
Для убедительности я хлопнул рукой по кровати, по ее пустующей половине. Мне показалось, что Дарья протяжно пискнула в ответ... Но нет, это телефон подал сигнал, что батарея полностью разряжена.
– Ты же не будешь говорить, что находишься в гостинице, – в ее голосе я снова уловил сарказм.
– Буду.
– Неправда. У Хряпова ты дома. И не один...
– Один!
– Но у него.
– У него. Но со мной никого нет... Сам я здесь, пьяный и сонный...
– Оксану видел?
– Какую Оксану?
– Киллера Оксаной зовут. Фамилия Гурцева... Эксперты пальчики в поезде сняли, мы по картотеке пробили. Нашли, взяли под наблюдение. Она сейчас у Хряпова.
– У Хряпова, – кивнул я. – Только ее Рита зовут и фамилия другая...
– Не знаю, может, у нее много фамилий. Но судима она была как Гурцева...
