Так почему бы не сделать ставку на такой очевидный пул? Все равно кронпринц займет престол, так что оказаться тем, кто поддерживал его еще до восшествия на трон будет выгодно в дальнейшем.
Отец не понимает очевидных вещей.
Я вздохнул, спешился, отдал вожжи подбежавшему конюху и вошел в дом, в котором не бывал уже три года, с тех пор как стал совершеннолетним и поселился в столице.
Дом, милый дом.
В отличии от обнищавшего баронства Винтер, наше графство было словно с иголочки. Отец следит за слугами как коршун. У него и садовник, наверное, траву по линейке подстригает.
Стоило только войти в кабинет графа, после того как дворецкий оповестил отца о приезде сына, как в меня полетела табакерка.
— Какой теплый прием!
Таддеус Астер постарел. Виски покрылись сединой, но фигура могла бы и мне фору дать. Не сдает старик, такие упрямцы просто так к праотцам не отправляются.
— Явился не запылился, — пробурчал отец, сверкая точно такими же, как и у меня синими глазами. — Жениться значит не хочешь? В никому не нужную войну лезешь?
Поднял табакерку и положил ее на край массивного стола из красного дерева, за которым восседал отец."
"— Ну почему же не нужную? Элевис должен защищать свои границы. Иначе эти крысы налетят и раздерут нас на куски.
— А кто их спровоцировал, а? Кто принцесску Алгаменскую чести лишил и бросил? Твой кронпринц любимый! А люди — солдаты — теперь жизни класть должны из-за того, что мало того, что этот…
Упс, монарших особ оскорблять нельзя.
— …этот лис, — нашелся отец, — девку попортил, так еще и договариваться не умеет. Да какой дурак за такое оскорбление захочет в счет отступных пустынные земли получить, где и не растет ничего! Да в сокровищнице имперской лежит скипетр отца-основателя Алгамении, вся династия бы душу продала, чтоб его получить!
— Молод он еще, — промямлил я. Тут Гидеон не прав был, что говорить. Но уж как вышло, так вышло. А про скипетр этот забыли уже все давно. Только вот алгаменцы и помнили.
— Война — дело последнее. Все мы люди, надо договариваться. На одной земле живем, столько лет соседями были и сколько еще будем.
Громко вздохнул. С моим стариком бесполезно спорить. Его мировоззрение закостенело, от новых идей и веяний он давно уже бежит, как от огня.
Империи живут войнами и за счет расширения территорий. А Гидеон хотел доказать императору что он стоит места следующего главы государства. Вот отстегнем у Алгамении парочку провинций, и дело сделано. Тогда уж никто не скажет, что кронпринц занял престол лишь по праву рождения и старшинству.
— Как у Нельсона и Флоренс дела? Ох, как же я виноват перед старым другом, снова свадьбу переносится. Может, женишься, а потом уже в поход, а сынок?
Граф попытался смягчить тон. Но его лицо оставалось все таким же серьезным.