Красивая леди скрывается от своего отряда, не желая встречаться с опасностями. Мальчики Черного отряда изображают жестоких вояк, а девка вызывает их внимание как странная и смелая особа, чей вид поражает мужчин больше всего.
Я привык, что обычно ждут ОТ меня. Драгоценности, шмотки, жрачку в кабаке, поездку на крутой курорт. И за это готовы отсасывать чуть ли не пожизненно. А Веронике нужен именно я, я это почувствовал вчера, когда увидел ее сидящей на подоконнике.
Заезжаю в супермаркет, покупаю сок и апельсины. А что Демьяну еще нужно? Жена принесет еду, деньги врачам с утра завез водитель, он же купил лекарства. Ничего страшного с Морозовым не случилось.
Наглотался дыма, в больнице диагностировали отравление продуктами горения и сказали лежать несколько дней в стационаре.
Кровать Демьяна у окна, с ним в палате еще два человека. Я хотел перевести его в отдельную, козырную, так он сам попросил, чтобы я не лез. Мол там будет скучно, а здесь компания.
Компания — зеленый переросток годов двадцати и мужик возраста Морозова. Я прохожу и придвигаю стул к кровати, на которой лежит Демьян:
— Привет.
— Привет, Тимур! — он рад меня видеть, улыбка от уха до уха, и меня отпускает.
Мы разговариваем ни о чем. Он рассказывает, кто к нему приходил и кто проведывал, а я слушаю. Конечно, он не спросит, что я делал в клубе. И я, кстати, тоже не спрошу, потому что очень неожиданно Демьяна принесло в «Голландец». Скажем, подозрительно неожиданно.
Он слишком тертый мент, чтобы обсуждать со мной такие вопросы вслух. Болтаем с Морозовым о погоде, о природе, о бабах — на бабах быстро сдуваемся, потому что Демьян любит жену, а меня дома на подоконнике ждет Ника.
"Собираюсь уходить, и Демьян вызывается меня проводить. Идем по больничному коридору, выходим из здания и сворачиваем за угол. Демьян подкуривает сигарету, и я недовольно морщусь.
— Ты ж за здоровый образ жизни агитируешь, — упрекаю Морозова, — бросай курить.
— Иди нах. й, Тимур, — беззлобно отмахивается Демьян, и я удовлетворенно киваю.
Мы каждый сделали то, что от нас требовало мироздание. Я напомнил, как опасно курево для жизни и здоровья, он меня послал.
— В палате прослушка?
Демьян с удовольствием затягивается, медленно выпускает дым, а я жду. Не просто же так он поперся меня провожать! Но Демьян любит потянуть кота за яйца, и я делаю вид, что меня вообще не интересует, что он хочет рассказать.
Он правильный мент, если сливает инфу, его обычно мучает совесть, поэтому приходится щадить его самолюбие. Мне не тяжело, не чужие ведь.
