В свистящем ледяном ветре садового зала, мастер Михаил устраивался под одеялом. Он вздохнул и прислушался — дочка всхлипывала через стену, Сережа тихо играл на шахматной доске со своими крохотными магнитами-фигурками. Леонидов, рассеянный, возвращал ходы, когда жена Александрочка застыгнула его взглядом из-за двери....
А если нет?
Серега ничего не ответил, замолчал надолго. Алексей подумал, что лекцию свою задумал читать зря. Интуиция интуицией, а факты фактами. Поведение Лейкина и ему показалось подозрительным. Человек он со странностями. И мама его тоже.
Дверь ему открыла опять-таки она. Замерла на пороге с каменным лицом, и Алексей опять удивился ее росту и крепкому, почти мужскому сложению.
- Здравствуйте, Анна Валентиновна, - осторожно начал он. – А Николай дома?
- Добрый день. Вы кто?
- Одноклассник вашего сына. Бывший, - начал он по второму кругу.
- Одноклассник? А у вас нет…
- Сестры у меня нет. Вы уже спрашивали. А меня зовут Леша Леонидов.
- Леша Леонидов! Леша Леонидов! Ну, конечно! Коля!
Она посторонилась. Алексей шагнул в каменный грот и замер удивленно. Куда исчезли все эти коряги? Сколько непонятных композиций из так называемых природных материалов по углам стояло, и на тебе!
- А где… - заикнулся, было, он.
- Я все выбросил, - Лейкин выполз ужом из своей комнаты в каменный грот гостиной и внимательно посмотрел на гостя.
- Почему это я должен быть доволен? – удивился Алексей. – Я просто книгу тебе решил вернуть.
- Книгу? – Лейкин почему-то побледнел. – Ну и как?
- Что как?
- Все понял?
- Многое. Так пройти можно?
- А зачем тебе проходить? Давай книгу, и иди, - усмехнулся бывший одноклассник.
- И чаю не нальешь?
- Значит, тебе чай нужен с печеньями, а не книгу вернуть?
- Я вообще-то не голодный, - обиделся Алексей.
- Да? Значит, просто хочешь поговорить? О подсолнухах, о «Нежности»? Ты знаешь уже, что я ее украл?
- Кого?
- «Нежность». Ладно, проходи.
Лейкин посторонился, наконец, и Алексей получил возможность расположиться на диване посередине грота. Окно было занавешено плотными портьерами, и было такое ощущение, что из углов тянет сыростью и запахом тины.
- Думаешь, мне это помогло? – присел в кресло напротив хозяин квартиры.
- Что помогло?
- Ну, я про «Нежность».
- А я бы с подсолнухов начал.
- Какой пакет?
- Который ты в мусорное ведро выкинул. В тот день, когда я ушел.
- Так и знал! Я так и знал! Ну, где, скажи мне, где про это написано? – Лейкин вдруг начал трясти книжку, которую ему вернул Алексей, словно ожидая, что из нее выпадет какой-нибудь спрятанный листок.
- Ты сдурел, что ли, Коля? Ты в тот день, когда я тебя у своего дома встретил, с пакетом был. Разве не заходил в супермаркет?
- Я?! Да, извини. Заходил.
