В жизни каждого великого сыщика случается встреча с загадочным маньяком, который не просто убивает, а раскрывает свой внутренний мир через театральные убийства. Детективу предстоит разгадать темные мотивы преступника, прежде чем жертв станет еще больше.
Раздел Chitat.online для книги «Я садовником родился» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В жизни каждого великого сыщика случается встреча с загадочным маньяком, который не просто убивает, а раскрывает свой внутренний мир через театральные убийства. Детективу предстоит разгадать темные мотивы преступника, прежде чем жертв станет еще больше.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В жизни каждого великого сыщика случается встреча с загадочным маньяком, который не просто убивает, а раскрывает свой внутренний мир через театральные убийства. Детективу предстоит разгадать темные мотивы преступника, прежде чем жертв станет еще больше.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Стоя рядом с пальмой, Леонидов принял из рук напарника рюмку с водкой, выпил, хрустнул маринованным огурчиком и спросил:
- А что сосед-то с тобой выпивал?
- Петя-то? – тоже хрустнул огурцом мужик. – Не. Редко. Ну, еще по одной?
- Мне не наливай. Сегодня гости обещали приехать. Надо лицо соблюсти, - соврал Леонидов.
- А я помяну. Эх, царствие ей небесное! Упокой Господь душу!
Мужик выпил еще рюмку водки и сказал:
- Петя-то малость того. Не в себе. Ну, как с ним выпьешь?
- Это как не в себе? – насторожился Леонидов.
- Ну, в смысле, будто и не мужик. Скажи, какая чепуховина: цветочки разводить. Это, ведь, все он. Не баба его, – сосед Воробьева выразительно кивнул на пострадавшую пальму и сплюнул. – Тьфу!
Налив и выпив следующую рюмку водки, он сделался еще более разговорчивым:
- Эва сколько всякой пакости! Кладовочку можно сделать на месте этой кадки деревянной, а в кладовочке поставить выхаживаться бутыль, а в бутыли…
- А где он раньше работал? – перебил мужика Алексей. – Муж бухгалтерши?
- Где? А в школе. Учителем.
- Чего?
- Ха! Домоводства.
- Чего?!
- Ну, сначала, конечно, парням показывал, как табуретки делать. Столярничал, значит. А потом та баба, что девкам кулинарию объясняла, в декрет ушла. А с учителями нынче дефицит. Плотят мало. Ну Петька и решил, того… Совместить. Нравилось ему.
- Чего? – снова спросил Алексей.
- Чего. Домоводство. И шить, значит, умел, и готовил неплохо.
- Зачем же тогда его жена няньку детям нанимала?
- Виктория-то? Ха! Зачем! Во-первых, Петьке назло. Мол, бабские дела должна баба делать. Во-вторых, чтобы муж бросил эту позорную работу и сидел дома. Мол, старшей дочери стыдно, что папа ее в школе показывает девочкам, как фартуки шить. Табуретки, мол, это еще туда-сюда, а уж щи с борщами – это, мол, позорище. В-третьих, надо же ей было кому-то на жизнь жаловаться. Баба, она без этого не может. Вот возьми мою: как сядут на кухне с соседкой, и «ля-ля-ля», «ля-ля-ля». До ночи могут сидеть, пока за той муж не придет. И по рюмочке запросто могут выпить под это дело. Что у меня отбирает после получки, то, значит, запросто потом может с соседкой употребить. Ну, есть она, спрашивается, справедливость?
- Справедливости нет, – согласно кивнул Леонидов.
- Вот и дожала она Петьку. Бросил он работу в школе, хотя и нравилось. А Лилька в цветочный магазин как раз устроилась.
- Значит, они с Викторией были подруги?
- Ну, вроде того.
- И Лилия сюда просто поболтать заходила, а не по хозяйству помогать?
- Кому помогать-то? Петьке, что ли? Ха!
- А в ресторан они вместе с Викторией не ходили?
- Эка! В ресторан! Может, и ходили. Которые бабы на кухне сидят, языками чешут. Которые в кабак идут. Если при больших деньгах. А соседка мно-о-го зарабатывала. Нам такое и не снилось. Мы, пролетарии всех стран.
