В жизни каждого великого сыщика случается встреча с загадочным маньяком, который не просто убивает, а раскрывает свой внутренний мир через театральные убийства. Детективу предстоит разгадать темные мотивы преступника, прежде чем жертв станет еще больше.
– И не съест она тебя.
- Зато пальто мое новое съест, - пожаловался Леонидов, и подошел к зеркалу. Вид у него был нелепейший в модном драповом пальто и в лохматой собачьей ушанке.
- Дойдешь до машины, а там снимешь, – сказал Серега. - А уж к салону я тебя с шиком повезу. К самому порогу.
Когда на пятом этаже в лифт вошли две молодые девицы и стали хихикать, Алексей посмотрел на Барышева волком. Тот невозмутимо уставился в потолок, огромный, в черной кожаной куртке, с непокрытой головой.
«Подбросить бы ему парочку микробов!» – разозлился Алексей. – «Терминатор хренов! А надо мной девки молодые смеются! Позор!»"
"Выйдя из подъезда, он чуть ли не бегом рванулся к своему «Пассату», который Барышев уже подогнал к дому с платной стоянки. Дернул запертую дверцу, пожав плечами, обернулся, с торжеством посмотрел на хихикающих девиц. Мол, я хоть и в собачьей ушанке, а на автобусах не езжу, да еще и личного шофера имею. Барышев, позвякивая ключами в кармане невозмутимо и никуда не торопясь, подходил к машине.
- Я тебе этого никогда не прощу! – прошипел Алексей.
- Подумаешь! Перед девками он застеснялся! Все не можешь забыть, что уже не мальчик, женат и воспитываешь двоих детей?
- И что мне теперь, женщинам нельзя нравиться? – Алексей, не дожидаясь, когда нагреется салон, поспешно нырнул туда и стянул с головы собачью ушанку.
- Я бы тебе посоветовал и в машине ее не снимать, - заметил Барышев.
А через полчаса Алексей понял, что погорячился. Ему вдруг стало душно, бросило сначала в жар, потом в холод, и он сам, добровольно натянул на голову теплую шапку.
- Вернемся? – участливо спросил Серега.
- Нет, не надо. Сейчас пройдет. В ушах немного гудит.
Когда «Пассат» подъехал к автомобильному салону, Алексей с тоской подумал о том, что надо вылезти из машины и несколько метров пройти по улице с голой головой. А ветер такой холодный! «Не было бы осложнения!» – подумал он, вновь снимая ушанку. Теперь уже с сожалением.
- Ты меня не жди, - сказал Барышев. – Не мерзни. Ныряй в теплое помещение и осматривайся. А я припаркуюсь и сигнализацию включу. Потопчусь тут для виду. Я ж телохранитель. Все должно быть чин по чину.
Алексей не успел войти, как к нему подскочил улыбающийся молодой человек со словами:
- Могу я вам чем-нибудь помочь?
Фамилия на его бейдже Алексея не устроила. Это был не Шипов. Смазливый молодой блондин.
- Я сейчас осмотрюсь и сам к вам подойду, - вальяжно отмахнулся он, поправляя белоснежное кашне на шее.
