Автор
Лика поднимает глаза к окну, где застыл резкий холодный свет, озираясь на стены пустого诊室. Медсестра смотрит на нее из-под очков, уверенная в своей правоте: она видела миллионы мужских взглядов, но это — особый случай. Стоя у чертога, Лика чувствует дрожь в коленях, пересекая пространство от входной двери до окна....
Внутри холодеет, а сердце почти не бьется.
– Ты сделаешь хуже не только себе, – Аркадий косится на мой живот. – Давай по-хорошему. Я убираю руку и мы разговариваем. Решаем наши вопросы. Их немного, но решить их надо, – ухмыляется. – Понятно? Согласна?
Жестко смотрит на меня.
И я киваю.
Аркадий не сразу, но убирает свою противную руку от моего рта. Я молчу. И он берет стул и садится рядом с кроватью.
– Молодец, – произносит довольно. – Как ты себя чувствуешь?
Улыбается, а меня воротит от его улыбки.
– Впрочем, можешь не отвечать, – продолжает он.
Он говорит это так спокойно, словно не он виновник моего попадания в больницу. Моего состояния.
Я обнимаю себя и отворачиваюсь.
– Зачем ты пришел, Аркадий? – спрашиваю, глядя в стену. – Если просить о том, чтобы я молчала, нет, этого не будет. Я все расскажу. И тебя посадят! – резко поворачиваюсь и с ненавистью смотрю на него.
– Что ты расскажешь, Анжелика? – усмехается он и откидывается на спинку стула. – Мы почти муж и жена. Между нами был секс. Это нормально. Я хотел и ты хотела.
Я сжимаю губы."
"– А что потом случилось… – он прищуривается. – У меня алиби, – бросает мне в лицо. – Стопроцентное алиби. И в больницу тебя привез какой-то парень. Кстати, внешне очень похожий на твоего щенка.
Я не отвожу от него взгляда. Во мне сейчас столько ненависти, что кажется, я могу испепелить взглядом.
– Его еще и на это преступление проверят, – как ни в чем ни бывало продолжает Аркадий. – Ты же в курсе, что связалась с уголовником?
Я молчу.
Ненавижу.
Закричать?
– Хочешь спасти щенка? – задает вопрос Аркадий, как будто чувствует мой настрой. – Только ты можешь хоть как-то помочь ему.
Я хмурюсь, но молчу. Что он несет?
– Ладно, – Аркадий хлопает себя по коленкам и встает. – К делу. Диалога у нас не получается. Да он нам и не нужен. Я пришел по делу.
– Уходи, Аркадий, – наконец, произношу я.
– А придется, – усмехается он. – И видеть, и замуж выйти.
С ненавистью смотрю на него.
– Этого никогда не будет, – цежу сквозь зубы. – Никогда. Я…
– Прежде чем ты что-то скажешь, выслушай меня, – прерывает он. – Щенок твой под домашним арестом. Пока.
Я замираю и Аркадий это легко читает. Усмехается.
– Екнуло сердечко? – фыркает зло. – Так вот. Пока он проходит как свидетель. Пока, Анжелика, пока.
