Автор
Лика поднимает глаза к окну, где застыл резкий холодный свет, озираясь на стены пустого诊室. Медсестра смотрит на нее из-под очков, уверенная в своей правоте: она видела миллионы мужских взглядов, но это — особый случай. Стоя у чертога, Лика чувствует дрожь в коленях, пересекая пространство от входной двери до окна....
Отворачиваюсь.
– В глаза мне смотри! – требует он. – В глаза! Зачем тебе этот брак? Зачем тебе Аркашка?
– Я не понимаю, о чем ты, Тимур! Отпусти меня! Ты делаешь мне больно! Аркадий мой жених и мы скоро поженимся.
– Он трахает тебя?! – Тимур сильнее сжимает мои руки. – Ну! Отвечай!
Я поворачиваю голову к нему и опять смотрю я эти потемневшие глаза. Ноздри раздуваются. Желваки так и ходят на скулах.
– Ну!
– Да! – кричу я, собрав все силы, которые еще есть у меня. – Да! Он мой мужчина!
– Стерва! – восклицает с надрывом Тимур.
Резко приближается и впивается в мои губы.
– Стерва, – шепчет уже в них. – Ненавижу.
Зубами кусает мою нижнюю губу. Буквально впивается в нее и я мычу от боли.
Пытаюсь освободить руки, но Тимур лишь сильнее сжимает их.
Со злости я стискиваю зубы и не даю Тимуру просунуть язык, хотя он усиленно толкается им в меня.
Тогда он рычит. Перехватывает мои руки одной рукой, а пальцем второй пытается разжать мои зубы. Я не даюсь. Тимур закрывает мне нос и я вынужденно открываю рот.
Он тут же просовывает мне в рот два пальца.
– Какой горячий сладкий ротик, – довольно усмехается, толкая пальцы взад-вперед.
Его лицо становится серьезным, он жадно наблюдает как снуют его пальцы у меня во рту. Я слышу его частое и громкое дыхание.
– Сука, – рычит он. – Если бы не болела…
Быстро вынимает пальцы и накрывает мой рот своими губами. И сразу же его язык проникает в меня. Глубоко и жестко. Он такой горячий и такой твердый, что я почти сразу же сдаюсь его натиску."
"Теперь он толкается в меня своим языком.
Потом его губы скользят ниже. Они уже на моей шее.
– Вот так я буду тебя трахать, Лика. Когда выздоровеешь, – хрипит он, обжигая кожу своим дыханием. – Жестко буду иметь. Так, как я хочу. И сколько хочу. И ты пошлешь этого гондона нахер. Потому что я не собираюсь делить тебя с ним. Ни с кем!
– Что ты говоришь, Тимур, – жалобно шепчу я, чувствуя свою слабость перед его словами и движениями. – Я не могу.
Тимур вдруг резко отрывается от меня, поднимается и внимательно смотрит.
– Он трахает другую, – заявляет без улыбки и ухмылки. – Ты не нужна ему. У него другая телка есть.
– Прекрати! – возмущаюсь я. – Как это низко! Клеветать на человека. Противно.
Тимур отпускает мои руки и встает. Возвышается надо мной.
Взгляд сам упирается во внушительный бугор в штанах. И Тимур замечает это.
– Показать? – кладет руки на ремень.
Я отворачиваюсь.
– Не бойся.
