Ты ничего о Флорианетте не знаешь, Кнард. И понятия не имеешь, какой сильный стержень внутри этой с виду обычной девушки, и сколько всего ей уже пришлось пережить.
— Ты так говоришь, будто я неопытный младенец какой-то, — хохотнул Кнард, так и полыхающий гневом. — А мы ведь всегда отлично проявляли себя в работе!..
— Вот именно, — холодно произнес Морис, зло сузив глаза. — Так что с вами случилось сейчас? Почему ты позволяешь себе упасть до самоутверждения за счет более слабого звена? За счет девушки, за счет стажёра? Нападай на равных себе, если уж на то пошло. Но кишка тонка, понимаю. Кураторская корона жмёт, что ли, раз рот закрыть не можешь в нужный момент? Ну значит, я вас её лишаю. Вы больше не достойны занимать свои должности. Подумать только: и полугода не проходили в качестве кураторов! Верховный Совет решил дать вам шанс проявить себя, и я не стал препятствовать. Хотя у меня были некоторые сомнения по поводу ваших кандидатур, но я решил понаблюдать. Однако проявили вы себя как-то не так и не там, не находите?
Инквизитор донельзя возмущенно взмахнул руками, пренебрежительно кивая на меня.
— Совсем сдурел со своей цацочкой? Ты ли это, Многоликий?
— Кнард, лучше замолчи, ты перегибаешь, — попробовал его остановить другой инквизитор.
Но Кнарда явно несло.
— Она тебя зельем любовным опоила, что ли? — выплюнул он зло, глядя на Мориса. — Или так восхитительно работает ртом, что?..
Кулак въехал в его физиономию так молниеносно, что я не уследила за четким коротким движением. Остаток фразы потонул в хрипе и противном хрусте сломанного носа. Рука у Мориса явно была тяжёлой.
— Поговори еще тут у меня, ничтожество. Какая разница, о какой девушке ведется речь? Кто тебе дал право унижать и оскорблять сотрудниц Штаба? Любая девушка в инквизиции, вне зависимости от своего статуса, — твоя полноценная коллега, и относиться к ней необходимо соответствующе. Впрочем, тебя это больше не касается. Лично ты — уволен. Остальным я тщательно промою мозги и дам шанс доказать, что их не зря когда-то приняли в инквизицию. А ты… Убирайся из Штаба, сейчас же. Я прослежу, чтобы ты отныне везде был нежелательной персоной.
Взбешённый Кнард ошеломленно ощупывал свой нос и пытался утереть текущую из него кровь.
— Да как ты смеешь?!..
— Еще хоть слово скажешь, и я тебя грохну, — сухо произнес Морис. — Со мной шутки плохи, ты знаешь."
"Он повернулся к Сивронскому, намереваясь что-то ему сказать, а я внутренне съежилась от ужаса, когда увидела, что Кнард вознамерился напасть на Мориса: в руках у него запылал энергетический шар. Однако я даже пикнуть не успела, Морис был намного быстрее меня: он, не глядя, взмахнул рукой, и в следующий миг на месте Кнарда на полу красовалась пустая и искореженная консервная банка.