Мужчина опешил, оттолкнул ее и завалился на кровать.
— Кто ты… — прохрипел он.
— Твое сердце бьется чаще обычного в три раза, потому что ты теряешь много крови, — сказала Маруся, садясь на край кровати. — Через тридцать секунд твое тело онемеет, и ты задохнешься. А девочка, которую ты украл и проиграл в карты, будет жить счастливо. А твоя жизнь закончится здесь, на этом грязном полу. И все из-за карточного долга. Не надо было наступать на те же грабли…
Маруся хотела, чтобы он осознавал свою смерть и почувствовал отчаяние.
Когда тело обмякло, она прошла в комнату и аккуратно погладила спящую девочку по волосам.
— Ой, Маруся! — обрадовалась Лиза. — Я думала, вы меня не найдете!
— Видишь, нашли! — дружелюбно улыбнулась женщина. — Пошли отсюда?
— Папа будет ругаться! — стиснула грязное одеяльце девочка.
Маруся накинула на нее пальто.
— Не переживай. Никто не будет ругаться. Но! — она подняла палец. — Давай я укрою тебя, чтобы остальные не видели? Видишь ли, это пальто делает человека невидимым! Попробуем?
— Давай! — кивнула девочка.
Маруся завернула Лизу с головой, взяла на руки и сказала в наушник. — Мы выходим.
— Понял, — сказал Трофим, и до Маруси донеслись приглушенные хлопки.
Выйдя из номера, она спокойно прошла мимо мертвых охранников, затем спустилась на первый этаж и, перешагивая через отрубленные конечности, направилась к выходу.
Сегодня в этой дешевой гостинице в живых осталась только администраторша.
Глава 13
Очевидный подарок с предсказанием
Утро добрым не бывает. Кажется, так говорится? Кто-то принес ночью метеоритную настойку… И если память мне не изменяет, а она не изменяет, спасибо Лоре, то бутылку принес Белозеров и гармонично влился в нашу вечеринку.
Утром я проснулся в спальне института. Даже сходил на пару занятий, чем вызвал бурю эмоций у сокурсников и преподавателей.
Я был в КИИМе, как некий призрак. Вроде и числился, но постоянно где-то пропадал. Зато хоть немного погрузился в учебный процесс.
Как приятно вернуться на занятия! Ребята тоже были рады меня видеть.
Но всему хорошему наступает конец.
Сидя в столовой, я ковырялся вилкой в салате. Лора накидывала мне разные идеи для апгрейдов, Дима болтал про последнюю операцию на Скарабее и ее успешное завершение, а Антоха сидел и как всегда молчал. Виолетта же читала учебник по лекарскому искусству.
— Миша, — неожиданно вскочил Есенин. — Я требую поединка.
— Что? — удивился я.
Дима поперхнулся. Виолетта с громким хлопком закрыла книгу и прикрыла глаза. Кажется, она единственная, кто понимал, что происходит.
Вот только Есенин сказал это громко, и остальные начали оглядываться.
— Я хочу поединка, — повторил Антон чуть тише. Его взгляд был уверенный, что не ускользнуло от меня.