В забытых уголках города, где дни туманами висят и ночи пропитаны ароматом смерти, вы встретите главного героя этой истории: стражем пламени он стал не по своей воле. В панике и хаосе, описанный в его мозгу — лишь отчаянное стремление выжить и разобраться в причинах этого ужаса, когда каждое движение может стоить жизни....
— Ну волкодлак же превратился в труп, так что трупически, — рассудительно заметил Дэн и добавил: — И вообще, Ники сейчас волноваться нельзя, у нее магия нестабильная…
— То есть когда она будет выискивать данные под моим доблестным прикрытием, то волноваться совсем не будет?
— Да! — рявкнула я, потому как надоело слушать это мужской спор, на котором за меня пытались все решить. Приятель на такое мое резкое заявление даже икнул. И я, сбавив тон, добавила: — Не буду нисколечко. Потому что я буду стоять на стреме. У меня в этом обширный одноразовый опыт… А кто будет искать информацию, кто очаровывать смотрителя — разыграйте на пальцах, раз бедному пожилому господину все равно, кто его охмуряет.
После этого эмоционального, но короткого выступления я удостоилась двух возмущенных мужских взглядов. От Дэна в духе: «Как ты могла меня не поддержать, любимая?» и от Мора: «Как ты вообще могла меня подвести, напарница?»
На что я демонстративно скрестила руки: «А вот так!» Впрочем, Толье, как тот, кому это предприятие было нужнее всего, долго спорить не стал, только назвал нас со стражем злыднями.
И мы двинулись на штурм библиотеки. А точнее — отдела архивов с периодикой. Потому как Мор, оказывается, ожидал моего выздоровления очень продуктивно, успел просмотреть информацию о стихийных бедствиях и не нашел среди параграфов учебников и статей энциклопедий ничего интересного. Оставалась надежда на газетные подшивки… А просмотреть такой объем многотиражек за прорву лет, не вызывая подозрений… было, мягко говоря, проблематично.
Спереди приятель начаровал себе изрядный противовес, так что иллюзия женских округлостей в исполнении Толье походила одновременно и на мужскую мечту (можно не просто в руках подержать женские прелести, но и с головой зарыться или даже утонуть в них), и на женский кошмар (это как с такими перепадами от пышной груди к тончайшей талии одежду-то нормальную найти? А на живот во сне лечь?).
И вот это нечто, отдаленно адепткообразное, двинулось на хранителя библиотечного покоя… А мы с Дэном шмыгнули в отдел периодики.
