Я – Стрела: В темном, запертом доме ожидает своего героя приключения и драмы. Жаркие поцелуи и тайны закрытых помещений создают атмосферу жестокой любви и нестабильности, где каждый выдох становится отчаянной борьбой за свободу.
Похоже, «Я – Стрела» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Мне надо двигаться к третьей отметке, — тихо сказала я, надевая ботинок и чувствуя себя отдохнувшей, — тебе помочь приподняться, чтобы зафиксировать веху? Но тогда команда не будет искать, решат, что к последней сам отправился.
— Не решат. Они ждут меня на дороге. Если не дождутся после сигнала, пойдут искать и придут сюда, помогут. Так что все будет нормально, Маккой. Только помоги отметиться.
Мы оба выглядели бодрыми, но я подскочила на ноги, а он остался лежать на траве. Надеюсь, его люди быстро дойдут до третьего пункта, чтобы освободить своего командира от второго отягощения.
Я подставила плечо и обхватила Райдена за талию, он ухватился за стволик ближайшего деревца, но был слишком тяжел, усилия уходили словно в песок.
Плюнув, я задрала на нем майку, потом на себе и, подойдя сзади. обхватила руками, прижавшись ладонями напрямую к теплой коже. Подставила колено, чтобы взгромоздить на него тяжелое тело.
Нобиль засиял почти мгновенно, быстро разогревшись до горячего. Я не видела его лица, но руки, держащиеся за дерево, вздулись мышцами и почти мгновенно тело приподнялось, усаживаясь на мое колено.
Камачо размахнулся и сделал бросок в столб, но камешек из его рук полетел по кривой траектории и шумно нырнул куда-то в кусты за столбом.
Он выдохнул, сосредоточился, зачем-то погладил по моей ладони у себя на груди и кинул второй раз. Попадание.
Обе руки были заняты, не закрыться, поэтому пришлось просто прижимать ухо к плечу. В итоге ор тарахтелки оглушил до звона в голове.
— Мамочка, — не выдержала я, дергая головой.
Райден развернулся, придерживал меня сам и смотрел пытливо. Темные брови сведены в одну линию, губы плотно сжаты. Он дернулся ближе и замер.
— Все нормально, я цела, хорошо слышу, — пробормотала я, глядя в темно-синюю глубину глаз. Мои руки без всякого моего приказа поглаживали нобиля, пальцы просто отказывались отлепляться от его кожи.
Мы вдруг стали еще ближе. Я видела, как мягко разлепились его губы, дернулись, расширяясь ноздри.
— Эй, — сказал в ухе Сантана, — вы что там затихли?
Райден поднял в воздух кулак с отогнутым средним пальцем и четко произнес:
— Сейчас посадит меня поудобнее и уйдет, сэр.
Я медленно поднялась, руки отказывались расставаться с его кожей. Вот и его ладонь последний раз мягко погладила по моему животу и ускользнула.
