А эликсиров с восстановлением припасено совсем мало, в глубине души я надеялась с криком: «А вот она я!» упасть в объятия и вдоволь напиться энергии.
Мечты-мечты…
Была бы я настоящей ведьмой или ученым, сварила бы зелья самостоятельно, хаоса и растений вокруг сколько хочешь должно быть. Но мамина тетрадь до сих пор нормально не прочитана. А вдруг нужны именно земные растения? Все же пси-энергия наша особенность, судя по быстрому расходу, здесь она чужеродна.
Протоптанная дорожка вывела нас к неширокой прозрачной речке, за которой виднелся ухоженный парк с огромным холмом по центру.
— Ух, — сказала Яя, — красиво как. А то все Хаос-Хаос, монстры-монстры. Тут только один урод был с киркой, остальное вполне симпатичное, Стелл, может зря на Хаос наговаривали? Вдруг к нам только их больные прибегали, а все нормальные тут остались?
— Напоминаю запамятовавшей, кое-кого тоже выслали из Хаоса, — хмыкнула я. — Ты чем болеешь, признавайся?
Пока я снимала ботинки и закручивала повыше штанины, Яя молчала, даже глаз закрыла. Даже, когда меня окликнули, она не проронила ни слова. Обиделась. Или уснула. Демонстративно.
— Откуда в наших краях появилась такая хорошенькая незнакомка? — спросили мелодично. Голос был однозначно не-девичьим, таким бархатно-интимным, что мурашки по коже.
У одного из прибрежных деревьев, привалясь спиной к стволу, сидел мужчина. Худощавый, но не худой, изящный, но не женственный. С точеными скулами, яркими нежными губами, кошачьим разрезом сияющих глаз. Идеальный. Красивый как удар под дых.
Он убрал за ухо прядь золотистых, сияющих на солнце волос, наклонил голову и с любопытством принялся меня рассматривать, особое внимание уделяя ногам в обтягивающих штанах.
— Я прибыла издалека, — честно призналась я. — Ищу своего жениха, Райдена Камачо, может быть слышали?"
"— Оу, — сказал незнакомец, поднимаясь на ноги единым текучим движением. Даже Сантана поднимался тяжелее, а я в свое время думала, что у ритора есть секрет отключения силы тяжести. — Так-так. Сбежавший преследуемый жених. Решительно настроенная человечка-невеста. Как романтично.
Открывшееся ухо оказалось удлиненным и заостренным, как кончик пера.
— Эльф? — прошептала я, завороженно изучая полупрозрачный нежный хрящик или что там может быть в таком сказочном ухе.
— Не знаю, — обезоруживающе улыбнулся мужчина. — Я много, где набедокурил в юности, как только меня не называли. Но ты, ребенок, можешь именовать меня сир Хиэльдинар. Или просто монсиньор.
Одной ногой я стояла в воде, в руках ботинки, за спиной котомка. Никогда не думала, что похожа на человека, который будет к кому-либо обращаться «монсиньор».
— А я — Стелла Маккой. Мисс Стелла тоже пойдет.