Ярослав Резко открыл глаза и увидел мягкий предмет на своей шее — это была простыня. Солнечный свет заливал комнату, приковывая взгляд к мерцающим зеркалам. Женщина стояла напротив, её рыжие волосы было трудно подобрать в хаосе ночи, а глаза сияли неук calmым огнем. Кружевные одежды выдавали бешеное раздражение в этом странным мирном шоке....
Я уже хотела пройти мимо, когда услышала свою фамилию. Воровато оглядевшись, подошла ближе. Глеб или его собеседник неплотно закрыли дверь, и через крохотную щелочку мне все было прекрасно слышно.
– Алла, я повторяю: Шведова у нас работать не будет!
Я радостно улыбнулась, поняв, что вернулась моя любимейшая Алла Андреевна.
– Да что ты говоришь? – Алла Андреевна говорила насмешливо и немного свысока. И одной лишь фразой продемонстрировала все презрение к Глебу.
– Ты меня услышала. Я написал на нее характеристику для Макеева…
– Ну возьми свою писульку, сверни в трубочку и засунь себе… куда-нибудь.
Вот это новость! Я снова радостно улыбнулась, плотнее прижимаясь к стене.
– Алла, ты переходишь все границы… – зашипел Глеб.
– А ты совсем берегов не видишь!
– Она неуправляема! Не следует правилам, не признает авторитетов!
– И ты таким был, Глеб. Помнишь, когда мы учились в университете? Что произошло с самым отъявленным хулиганом курса? Продался?
– Алла, мы сейчас не обо мне говорим.
– Оставь Стешу в покое! – потребовала Алла Андреевна. – И характеристику свою выбрось в ведро. Иначе тебе придется иметь дело со мной! Обещаю, тебе не понравится, – холодно произнесла моя любимая начальница.
Стало понятно, что пора уходить, пока меня не застукали. Я тихонечко прошла к своему кабинету, быстро отперла замок и успела скрыться до того, как дверь кабинета Глеба с громким стуком захлопнулась, оповещая, что Алла Андреевна разговор закончила.
Пара мгновений – и моя дверь открылась, и начальница, как всегда, в строгом, идеально выглаженном и супермодном костюме оказалась на пороге.
– Все слышала? – скорее утвердительно поинтересовалась она.
Я молча кивнула, решив, что врать смысла нет.
– Умница. Чем ты ему насолила?
– Кофе с тремя ложками сахара приносила, а он любит с одной, – честно призналась я, решив умолчать о том, что было между нами год назад.
Алла Андреевна удивленно приподняла брови и вдруг громко рассмеялась. И даже смеяться у нее получалось необыкновенно грациозно.
– Специально три насыпала?
Покраснев, я опустила голову.
– Я в тебе не ошиблась, Стеша. Оставайся в этом кабинете и будь всегда на связи. Я сейчас сижу через стену. А Глеба, если снова начнет лютовать, отправляй ко мне.
– Сама разберусь, – твердо произнесла я, смотря Алле Андреевне прямо в глаза.
