Ярослав Резко открыл глаза и увидел мягкий предмет на своей шее — это была простыня. Солнечный свет заливал комнату, приковывая взгляд к мерцающим зеркалам. Женщина стояла напротив, её рыжие волосы было трудно подобрать в хаосе ночи, а глаза сияли неук calmым огнем. Кружевные одежды выдавали бешеное раздражение в этом странным мирном шоке....
– Тшшш... – выдохнул он, обжигая слишком чувствительный сосок горячим дыханием."
"И если до этого момента мне казалось, что хотеть его сильнее я не способна, то теперь поняла, что ужасно ошибалась. В глазах потемнело, а голова закружилась. Лоно истекало соками возбуждения. Я готова была выть, плакать и умолять взять меня наконец. Так, как умел только он. Мой первый и единственный мужчина.
– Шведов! – закричала я, впиваясь ногтями в его шею.
– Шведова! – не остался в долгу мой муж.
Кажется, это был особый кайф для него – называть меня своей фамилией.
Прижал к себе посильнее, открыл дверцу, подхватил меня на руки и перенес на заднее сиденье. Но все это я заметила лишь тогда, когда разгоряченная кожа спины коснулась холодного кожаного покрытия.
И в какой момент лишилась джинсов и трусиков, я тоже не помнила. Открыла глаза, невидящим взглядом окинув силуэты деревьев в полной темноте, и почувствовала, наконец, то, что было мне так нужно – Ярослава во мне.
Одним резким, мощным толчком он заполнил меня до упора и одновременно прикусил шею.
– Моя! – хрипло выдохнул Шведов, когда я немного успокоилась, и потерся носом о мою щеку.
И задвигался... Медленно и тягуче, растягивая удовольствие и снова доводя меня до пика. Но и его подвел хваленый контроль, когда я легко провела языком по шее Яра.
Во второй раз мы кончили одновременно. Все тело пронзило судорогой – и я сильно выгнулась, ловя последние отголоски феерического оргазма...
Мы оба были мокрыми от пота и тяжело дышали. Ярослав оперся на свой локоть и пытался восстановить дыхание. Я же просто гладила его плечи, рассматривая потолок.
Шведов нежно провел кончиками пальцев по моей щеке, заставляя повернуться к нему, и теперь уже невероятно нежно поцеловал припухшие от его недавних поцелуев губы.
Он все еще был во мне, но не двигался. Медленно целовал губы, гладил шею. Царила глубокая ночь, вокруг простирался лес... В этот момент во всем большом мире были только мы.
– Домой, Рыжик, – наконец выдохнул Ярослав, – там продолжим.
И я не нашла в себе сил возразить…
Ярослав медленно и немного лениво поднялся, вышел из машины и сладко потянулся.
