Автор
Авдеев просыпается от истерического крика Саньки, и его раздражение растет с каждой секундой. Уже чувствуется, что муж ее явно заслуживает наказания за то, что не выгонит эту шалаву из квартиры. Внутренний конфликт и атмосфера напряжения в доме сразу подчеркивают будущее ссоры и скандала....
Мой самый страшный кошмар — остаться без нее.
В ответ получаю лишь тишину и никакой реакции. И что мне с ней делать?
— Катя, — терпение теряется с каждой пройденной секундой, — если ты сейчас же не откроешь эту гребаную дверь, я выбью ее на хрен, — рявкаю так, что весь дом слышит.
Угроза, к счастью, действует. За то время, что мы вместе, она поняла — слов на ветер я не бросаю и, если сказал, что выбью, значит выбью. Слышится щелчок и дверь наконец открывается. Передо мной предстает потерянная и заплаканная Катя, вся злость на нее улетучивается за долю секунды.
— Если передумала, так и скажи, — говорю на удивление спокойно. В ответ она лишь опускает взгляд и сильнее обнимает себя руками.
— Я тебя понял, Кать, — вздыхаю, — не надо лить слезы, я все отменю, — сам не верю, что смог произнести эти слова вслух, бросаю на нее быстрый взгляд и разворачиваюсь, потому что внутри все горит, от бессилия, от пустоты этой, будто душу вырвали.
— Ну чего-то, малышка, не плач, — успокаиваю ее, глотая ком в горле, глажу ее по голове, чтобы там ни было, а она лучшее, что было в моей жизни, — все нормально, Кать, так бывает, ты молоденькая еще, я все понимаю.
— Ничего ты не понимаешь, — всхлипывает малышка и цепляется пальчиками в ворот моей рубашки, — я дефектная, — добивает меня и начинает рыдать, громко так, окончательно превращаясь в маленького, несчастного ребенка, а я ни черта не понимаю.
