А кроме колец и свадьбы у них ещё были вопросы, связанные с предстоящим плодотворным медовым месяцем.
***
Последнюю свою холостую ночь, ночь перед свадьбой Таня провела в родительском доме. И этот факт Ивана чрезвычайно радовал. Словно ненадолго, на один вечер вернулось прошлое, в котором были общие семейные ужины, смех и разговоры под чай. Пусть всего на один вечер – но какой это важный вечер.
Иван был в превосходном расположении духа. За столом не смолкал смех, еда, приготовленная женой, была вкусной как-то особенно, а чай – чай ароматным чрезвычайно.
Дети привычно препирались, Дуня подкладывала всем добавки и смотрела умиленно.
Наконец, Дульсинея скомандовала расходиться спать. Мол, завтра очень насыщенный день, и всем надо выспаться. Однако тишина в квартире ещё долго не наступала. Сначала за стеной слышался басок Ини и Танин смех – дети никак не могли распрощаться до утра. Потом Дуня, вздохнув и протерев в десятый раз чашку, водворила ее на место и тоже пошла к дочери. Пробыла она там недолго – и заперлась в ванной.
Теперь пришла очередь Ивана дать напутствие дочери накануне важного дня в ее жизни.
Таня на его стук дверь открыла практически мгновенно.
- Можно? - кивнул Иван на комнату за спиной дочери.
- Конечно! – широко распахнула дверь Таня, приглашая войти.
Иван вошел. В открытом шкафу белело призраком завтрашнего дня свадебнoе платье. Οно Ивану нравилось – само по себе. И Тане шло. А будущий муж завтра как бы не хлопнулся в обморок на месте от красоты такой. Хотя этот хлопнется, пожалуй, как же.
"
"- Пап… - Тани обняла его сзади.
Он обернулся и привлек дочь к себе.
- Пойдем, сядем.
Они устроились на застеленной кровати, Таня положила голову ему на плечо. И дышала – глубоко и счастливо. И немного взволнованно.
Иван вдруг осознал, что и его потихоньку начинает охватывать какое-то непонятное волнение. Он некоторое время молча гладил дочь по голове.
- Завтра не до того будет - то фотографировать,то рыдать в углу от умиления,то маму твою успокаивать. Поэтому скажу сейчас.
Я очень-очень хочу, чтобы ты была счастлива.
- Ты собираешься рыдать от умиления? – Таня подняла голову с его плеча. Глаза ее блестели. Иван так и не смог понять, уловила ли она его скрытое послание.
- Жизнь - непредсказуемая штука.
- А с нашей бабулей она ещё более непредсказуемая. Так что бабуля на тебе, – Таня чмокнула Ивана в щеку и снова положила голову ему на плечо. А потом, после паузы и глубокого вздоха, добавила: - Я сейчас очень счастлива. Правда.
