В мире уютных пар и счастливых дружек один из них всегда был влюблён. Но что если тайна в паспорте может растопить даже железную дружбу? Книга "Я тебя не хочу" Анны Шнайдер раскрывает, как маленькая правда способна переплести судьбы любящих и близких друг другу людей, заставляя поверить в чудо из обычной жизни....
Я хлопала глазами, а Лебедев говорил так жарко, будто действительно убеждал меня в чём-то очень для него важном.
— Позволь мне, Стась. Я не требую от тебя взаимности сию же секунду, я просто буду стараться добиться её, и надеюсь, что добьюсь. Но я хочу, чтобы наш брак не был фиктивным.
У меня перехватило дыхание.
— Будешь моей женой, Стасенька?
Я взгляд умоляющий. Не жалобный, и совсем не театральный, а искренний, беззащитный… выжидающий.
А ещё там был страх. На самом дне этого взгляда плескался страх… как отражение моего собственного страха.
— Сашка… Боже, какой ты дурачок… — прошептала я, придвинулась ближе и поцеловала своего мужа сама. А потом, заметив его недоумение, рассмеялась.
— Теперь моя очередь говорить, Саш. И обещай не перебивать!
Он обещал. Но обещание своё не сдержал.
Как только я сказала Лебедеву, что тоже люблю его, он очень обрадовался и совершенно ничего больше не захотел слушать. Схватил меня в охапку, прижал к себе и поцеловал.
И этот поцелуй был самым сладким за всю мою жизнь. Наверное, потому что именно он был моим самым первым поцелуем. Не просто движением губ навстречу друг другу, а настоящим поцелуем, соединением двух любящих сердец.
А ещё с этим поцелуем растворился страх. Совсем-совсем, без остатка…
Целовались мы долго. У меня даже губы заныли, а Сашка совершенно нагло начал задирать выданную Ксюшкой ночнушку.
— Здесь нельзя, — заявила я категорично, хлопнув его по загребущим рукам. — Имей совесть!
Лебедев сокрушённо вздохнул и обнял меня крепче.
— Как скажешь. Вечером отыграюсь. У тебя же ещё месячные не начались?
— Нахал.
— Да, я такой. Скажи ещё раз, Стась.
— Что сказать?
— Что любишь.
Я закатила глаза.
— Очень люблю, Саш. Доволен?
— Ага, — Лебедев расплылся в улыбке. Ну как ребёнок. А потом вдруг нахмурился. — Только вот вчера ты говорила, что любишь Волгина. Зачем, Стась?
— Злая была, — протянула я виновато и чмокнула мужа в щёку, чтобы не злился. — Вот и брякнула. Неправда это, Саш.
— Врушка, — пожурил меня Лебедев беззлобно, и я фыркнула.
— А ты тоже врушка.
— Когда это я врушка был?
— А кто мне в институте заявил, будто меня не хочет? А? Забыл? Я тебя тогда спросила, почему ты со мной дружишь, а ты сказал: «Просто я тебя не хочу». Врал же!
— Да-а-а, — Сашка ухмыльнулся. — Было дело. Соврал.
— Но зачем? — я недоумевающе подняла брови.
