В мире уютных пар и счастливых дружек один из них всегда был влюблён. Но что если тайна в паспорте может растопить даже железную дружбу? Книга "Я тебя не хочу" Анны Шнайдер раскрывает, как маленькая правда способна переплести судьбы любящих и близких друг другу людей, заставляя поверить в чудо из обычной жизни....
Только вот с моей стороны это спектаклем не было. Я почти потеряла сознание в его руках — так жарко и сладко мне стало. И если бы не Сашка, сжавший меня в объятиях, я бы, наверное, точно позорно грохнулась на пол.
— Поздравляю, Стась, — шепнул Лебедев, наконец отпуская мои губы. Только губы, но вся остальная я оставалась в его руках. — Ты теперь моя жена. Будешь меня слушаться?
— Да, — ответила я, чуть дрожа, — конечно, Саш.
— Прекрасно, — улыбнулся он и вновь поцеловал меня. Длился этот поцелуй, правда, недолго — совсем рядом вдруг раздался громкий голос Лебедева-старшего:
— Всё-всё, хватит! Ты же её сейчас проглотишь, сынок.
Да и… пусть глотает.
— И в ресторан пора уже!
А вот это уже причина повесомее…
— Хорошо, — вздохнул Сашка, отрываясь от меня. — В ресторан так в ресторан. Кушать и правда хочется.
— Очень! — пискнула я, и мой… теперь уже муж засмеялся.
Вообще-то до ресторана мы планировали устроить фотосессию в сквере рядом с загсом. Он был хоть и маленький, но вполне себе живописный, да и погода хорошая.
А потом мы наконец-то поехали в ресторан, и я ехала теперь уже не в отдельной машине с родителями, а вместе с Сашкой.
А так Лебедев-младший опять обнял меня, прижал к себе и начал тыкаться носом мне в шею.
Я хихикнула.
— Саш, щекотно."
"— Терпи, казак, атаманом будешь, — фыркнул с водительского места мой… теперь уже свёкр. — Ещё немного до ночи подождать осталось. Хотя с учётом того, насколько вы сегодня укатаетесь, вряд ли у тебя будут силы на постельные подвиги.
Блин, вот Сашка весь в отца. Вот весь!!!
— Будут, — почти промурлыкал Лебедев, целуя меня в то место, где шея переходит в плечо. — У меня на всё-ё-ё будут силы…
— Это угроза? — пробурчала я, пытаясь не стонать и не вздыхать от удовольствия. — А то я уже боюсь.
— Пра-а-авильно, бойся! — чувственно и угрожающе прошептал Сашка мне на ухо, и между ног всё сжалось.
