Автор
Я распахиваю дверь, сердце колотится от волнения, когда в зале появляется темноволосый человек с глазами как две алхимические пробирки, явно недавно вышедшего из подушки. Стук в дверь заставляет меня вздрогнуть, и я быстро прячу игрушку до следующего раза, прежде чем Даша случайно не уронит её....
Его пальцы все еще с силой сжимают кисти моих рук. До боли. До синяков. Я дёргаюсь, но безрезультатно. — Тихо, крошка, тихо, такую красоту жаль испортить, так что не рыпайся.
Он наклоняется ко мне еще ближе. Его нос утыкается в мою шею, и он вдыхает мой запах.
— Ты можешь и дальше быть с дочерью, но на моих условиях.
— Каких? — спрашиваю, не веря, что останусь в живых.
— Это мы обсудим, когда доберемся до дома. Так что? Будешь хорошей девочкой и без выкрутасов доберешься до тачки? — Смотрит на меня выжидающе, я же лишь задыхаюсь в ответ и не могу произнести ни слова.
— А какой второй вариант?
— Остаться в одиночку посреди пустой трассы. Доберёшься до дома к вечеру на попутке, но дочь уже вряд ли увидишь.
Глава 8
Марат
Черные глаза укоризненно смотрят на меня. Я чувствую себя хреново оттого, что довел Кристину до такого состояния, но эта упертая баба не сделала бы так, как мне нужно, а времени играть больше нет.
Во взгляде Аникиной пылает ужас, она задыхается, хрипит подо мной.
Я долго следил за Кристиной и ее семьей. Долго подбирался ближе, пытался понять, как лучше действовать, думал медленно подвести к тому, что она сама отдаст мне девочку, но она вцепилась в нее, как в любимую игрушку, не желая отдавать.
Я и в самом деле собирался оставить ее здесь. Ничего бы страшного с Кристиной не случилось, поймала бы попутку, добралась бы до города, поплакалась папочке в жилетку, а в это время я был бы уже далеко от города, скрываясь от всех вместе с Дашей и своими людьми.
– Так что выбираешь? – спрашиваю, отдышавшись от быстрого бега.
