В темных улочках города, где тенище пустынью, главный герой с головой погружается в личную борьбу. В каждой главе он переходит на новую ступеньку своего пути, а вокруг него раскрывается мрачноватая и затяжная история любви и жестоких обещаний. Каждый шаг сопряжен с риском быть забытым в этой неприветливой драме, но он не может оставить ее без борьбы....
Похоже, «Я тебя не отпущу (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Отбросив в сторону рубашку, я освобождаю член полностью — тяну трусы и брюки вниз. Закончив с ними, быстро избавляюсь от носков.
— Как у тебя это получается?.. Рядом с тобой я постоянно чувствую себя блаженной.
Диана протягивает руку и почти касается меня. Лишь в самый последний момент отдергивает ее.
— Блаженные абсолютно свободны. — Я сам беру ее ладонь и кладу на свою грудь. — Они не в курсе херни про «нельзя» и «можно».
— Считаешь, это хорошо?
Пальцы на груди оживают. Скользят вправо, задевая сосок, и плавно стекают вниз.
— «Хорошо» не то слово. — Вздрагиваю всем телом, когда острые ноготки чертят линии вдоль пресса. — С тобой это всегда охуенно.
Ощутив первое касание ниже, я задерживаю дыхание и усиленно вспоминаю, что такое логарифмы, корни и прочая ерунда.
Глава 40
Глава 40
Диана"
"Чувствую себя ненормальной. Рядом обнаженный мужчина, самый красивый из всех, кого я встречала. С роскошным мускулистым телом и горящим взглядом. Позади кровать — достаточно широкая, чтобы можно было изучить на ней всю Камасутру.
Ничего не напоминает о том, что случилось на складе. Против воли жду, когда же меня накроет, когда вновь опустятся руки и возбуждение сменится паникой, однако этого не происходит.
Искалеченная система безопасности даже не думает включать сигнализацию. Нет ни удушья, ни слабости. Вместо того чтобы закрыться, безумно хочется принять странные правила игры и попробовать.
— Будь со мной нежной. — Губы Хаванского изгибаются в самую грешную улыбку на свете.
— Ты уже пробовал такое с кем-то? — Я целую этого мерзавца в плечо, а руками продолжаю изучать толстый, увитый венами член и тяжелую мошонку.
— В этом я девственник. Считай, что ты меня сейчас дефлорируешь, — хрипит Клим, тяжело дыша.
— Больно, наверное?
Не знаю, что на меня находит. Смелость пьянит, как крепкий алкоголь.
— Не то слово! Кажется, яйца уже готовы взорваться.
— Всего за минуту?
— Минуту и два года.
Клим закидывает руки за голову и расставляет ноги на ширину плеч.
— Это было твое предложение. Я не просила.
Спускаюсь губами ниже и веду языком по шоколадному пятачку левого соска. Повторяю то же самое с правым.
В ответ обрушивается целый водопад ругательств. Одни я слышу впервые. Другие — сочетание несочетаемого — откровенная пошлость и похвала. Третьи... просто маты.
Никогда не любила такие словечки.
