Автор
Варя поднимается в номер и осознает, что ее пускают в отель наедине с документами. Необычная просьба кажется странным упреком к самой себе за возможную оплошность, но Варя не уверена, обманута ли она. Встреча с боссом лишь подчеркивает важность этой просьбы: это действительно важно для них обоих....
Подхожу в Сазонову и склоняюсь над ним. Под головой растекается бордовая лужа крови. Вадим не движется, только сиплое дыхание ещё слышно, но и оно обрывается через несколько секунд.
Опускаюсь в снег рядом с его телом, выжидаю для верности, проверяю пульс – мёртв.
Зачерпнув целую пригоршню снега, вытираю им лицо. Снег тает на горячей коже, становясь талой водой.
Бегу в дом. С парадного. Пальцы не с первого раза вставляют ключ в дверной замок.
Хрипло дыша, бегаю из комнаты в комнаты, не разуваясь.
Первый этаж пуст!
Проверяю детскую и выдыхаю весь воздух, что только был в моих переполненных лёгких.
Дети спят на одной кровати. Наверное, как обычно, делили, кому достанется плюшевый Халк, потому что любимая игрушка лежит ровно посередине кровати. Ближе к окну спит мой Ванька, а Лу спит ближе к двери.
Варя здесь же, в детской, только находится в кресле.
Спит сидя, моя золотая.
Запинаюсь туфлёй о ковёр, сбиваю какую-то башню из кубиков.
Шорох со стороны кровати.
Чёрт… Шумлю, как слон!
Слышится испуганный хнык Луизы.
– Тише! – прикладываю палец к губам, опустившись на корточки рядом с кроватью. – Это я. Хочу переложить маму на кровать. Ей здесь, в кресле, спать неудобно. Разрешишь забрать маму?
– Папа? – пищит Лу едва слышно.
Кажется, впервые она меня «папой» зовёт. Может быть, правы те, кто говорят, что родители – это те, кто нас воспитывают… В этот миг я реально ощущаю себя отцом, перепугавшимся до смерти за свою семью: за всех них, за каждого! Не только за Варю и Ванечку, но и за эту солнечную малышку…
– Да-да, это я.
Целую девочку в лоб и помогаю лечь, укрываю одеялком.
Варя настолько вымоталась за эти два дня, что не просыпается, когда я поднимаю её на руки. Лишь когда опускаю на кровать в спальне, жена открывает глаза и сонно обхватывает меня за шею.
– Ринат? Ты вернулся? Рано… Я думала, ты под утро… приползёшь, чтобы поспать на коврике, – бормочет сонно.
Сладкая моя, нежная…
Я прижимаюсь к её щекам, целую шею, срываю с губ поцелуй.
– Почему на коврике?! В кровать не пустишь, что ли?
– Пущу. Только не в пальто. Разденешься?
– Чуть позже приду, – обещаю ей. – Я к вам всего на минутку заглянул. Мне нужно ещё приятеля до дома довезти.
– Тяпу? Он уже выпил свою норму?
– Да, Тяпу. Он передавал тебе привет. Спи, Варь… Я скоро вернусь!
Не хочу говорить ей ничего сейчас.
