Я вижу себя перед зеркалом: бледное отсутствие краски на лице, круги под глазами — явный признак недосыпания. Никакие косметические средства не могут скрыть эти тени. Анжела начинает что-то изображать на моем лице с непонятной решимостью, будто пытается подарить мне какой-то новый look. Я понимаю её замешательство: я слишком долго оставалась в стороне. Время утекает и каждый день становится тщеславием....
Мы с ним снова остались наедине, и в этот момент я почувствовала себя особенно беззащитной и уязвимой. Одно дело находиться с Титовым в машине на оживлённой трассе, и совсем другое – на его территории."
"– Что вы от меня хотите? – задала я вопрос, чтобы уже получить конкретику. Да, Титов сказал, что он желает, чтобы его желания исполнялись, и что забрал меня себе, словно вещь. Но я хотела знать, что именно он собирается предпринять дальше. Запереть меня в четырёх стенах и насиловать, когда ему это взбредёт в голову? Что ещё?
– Я хочу, чтобы ты понимала одну вещь, Лина.
Влад устроился напротив, когда я присела на краешек кожаного дивана.
– Какую?
– Всё уже решено, потому что от тебя ничего не зависит.
Титов сцепил пальцы в замок и обжёг меня ледяным взглядом. В этих глазах не было и отголоска того, как на меня смотрел муж, когда был жив.
– Это я уже поняла. И что вы от меня желаете получить? Моё тело?
– Да. Именно так, Элина. – Он откинулся на спинку дивана и пожал плечами.
– Я не шлюха!
Мой голос был жалким, как бы я ни пыталась храбриться. А для Влада он звучал ещё и смешно. Он запрокинул голову и рассмеялся.
– Каждая женщина по-своему шлюха, Лина. Глупо думать иначе.
Как же мне хотелось сейчас вскочить и расцарапать ему лицо! Этот человек ничего не знал о том, как я рыдала в подушку, когда моего мужа не стало. И как не подпускала к себе мужчин, хотя, у меня и были поклонники после смерти Севы.
– Ты можешь просто перестать набивать себе цену. Больше, чем мне задолжал твой брат, я не возьму.
– Вам это не кажется несправедливым?
– Что сестра отвечает за грехи брата?
– Именно.
Титов снова подался ко мне, оперся локтями на колени, а руки сцепил в замок.
– Ты ведь уже решала проблемы Михаила, я прав? – вскинул он бровь.
– Решала, и что? – с вызовом ответила я.
– А то, что неважно, как ты это будешь делать.
– Мне – важно, как вы не поймёте? – буквально простонала я. – Я найду деньги! Я правда их найду.
– И влезешь в долги, которые будешь отдавать до конца жизни? – ухмыльнулся Титов.
– Даже если и так!
Он смотрел на меня долго, словно хотел изучить. А я чувствовала себя зверушкой, выставленной на потеху.
