Я вижу себя перед зеркалом: бледное отсутствие краски на лице, круги под глазами — явный признак недосыпания. Никакие косметические средства не могут скрыть эти тени. Анжела начинает что-то изображать на моем лице с непонятной решимостью, будто пытается подарить мне какой-то новый look. Я понимаю её замешательство: я слишком долго оставалась в стороне. Время утекает и каждый день становится тщеславием....
– В этой одежде?
– Мне плевать, как именно, Лина, – отрезал Влад. – Не хочешь надевать приготовленное платье – дело твоё. Я жду тебя внизу через десять минут. И если не явишься – лично приду за тобой, чтобы ты оказалась там, где должна быть.
Он развернулся и вышел, оставляя меня наедине с собой. Я бросила на платье взгляд, полный ненависти. Только с одним человеком я сочеталась браком, облачившись в белоснежный наряд. И это был не Владислав Титов.
Промчавшись к двери, я вышла из своей спальни следом за «женихом», искренне надеясь, что его планы потерпят крах.
Внизу меня ждал сюрприз. Даже не представляла, что из обычной гостиной можно было сделать такое. Всюду были цветы – белые лилии, источающие аромат, увивали лестницу, были расставлены в огромных вазонах, в общем, всюду, куда бы я ни бросила взгляд, мои глаза натыкались на эти цветы.
Гостей, прибывших на эту церемонию, было не так уж и много. Человек двадцать, не больше. По ним я скользнула взглядом, когда спускалась к Владу, ожидающему меня возле небольшого столика.
– Ты подготовился, – выдавила я из себя, становясь рядом с Владом.
– У меня не было другого выбора, – процедил он, и кивнул регистратору.
Дальше же последовала небольшая речь, после чего нам предложили обменяться кольцами. Я стояла напротив Титова, смотрела на его чётко очерченный профиль и не понимала, что чувствую. Знала лишь, что с каждой минутой внутри остаётся всё меньше простых человеческих чувств, которые бы любая другая испытывала на моём месте, и становится всё больше равнодушия. Я как будто играла в дурацкой постановке, рассчитывая только на одно – что она рано или поздно закончится, и я не буду числиться среди погибших героев пьесы.
– Теперь ты моя жена, – глухо сказал Влад, надевая кольцо на мою безвольную руку.
– Прости, но мужем я тебя называть уж точно не стану, – ответила я и когда он протянул мне кольцо, предназначенное для него, развернулась и отошла.
Не станет же Титов позориться при гостях и силой заставлять меня выполнить свою часть церемонии.
Или станет?
Он сам надел на палец своё кольцо.
