Я вижу себя перед зеркалом: бледное отсутствие краски на лице, круги под глазами — явный признак недосыпания. Никакие косметические средства не могут скрыть эти тени. Анжела начинает что-то изображать на моем лице с непонятной решимостью, будто пытается подарить мне какой-то новый look. Я понимаю её замешательство: я слишком долго оставалась в стороне. Время утекает и каждый день становится тщеславием....
Спустил в меня и тут же вышел. Тяжело опрокинулся на спину, сделал глубокий вдох.
– Ещё одна подобная выходка, и будет гораздо жёстче, чем сейчас. Это я тебе обещаю, – сказал он и, поднявшись с постели, застегнул ширинку. – Можешь сегодня спать одна.
Титов ушёл, а я так и продолжала лежать, чувствуя себя настолько грязной, что казалось, что отмыться уже не смогу.
– Сева, прости… прости-и-и-и, – всхлипнула я и разревелась. Как не ревела уже очень давно.
Знала, что моей вины в случившемся не было, но хотела только одного – перестать чувствовать это ужасающее, разрывающее меня изнутри ощущение, что предала.
"Выплакавшись, я поднялась с постели и пошла в ванную. Там встала под душ и долго стояла под его струями в надежде, что мне станет хоть отчасти легче. Но легче не становилось. Напротив, внутри появлялось всё больше горечи. Она сочилась наружу ядом, но дышать становилось лишь труднее.
Если так и будет дальше продолжаться, я, наверное, предпочту смерть. Быть пленницей человека, который может делать со мной всё, что его чёрной душе пожелается… знать, что это может никогда не закончиться.
После душа я кое-как добрела до постели. Но ложиться туда, где меня только что грязно поимели, не желала. Устроившись на диване, я стала смотреть в потолок и уже знала – сегодня заснуть мне вряд ли удастся.
Я задремала лишь под утро, и то сон был обрывочным и страшным. То я видела Севу, поднявшегося из могилы, который смотрел на меня так, будто собирался забрать с собой.
Когда я вынырнула из кошмара, занялся рассвет. Встав с дивана, подошла к окну, обхватив себя руками. Заснеженный сад казался мрачным и унылым.
Я заметила Титова, который как раз собирался садиться в машину. Он поднял голову и безошибочно нашёл мой силуэт в окне. Пришлось отпрянуть, потому что меня затошнило. Спазм поднялся от желудка, во рту появился мерзкий привкус.
Осмотревшись ничего не видящим взглядом, я потерянно вернулась к дивану и села на его край. Не представляла, что мне делать дальше, но мысли о том, чтобы отправиться к Севе, нахлынули с новой силой. Да, я, наверное, была слабой, раз выбрала самый простой путь, но мне на это было плевать. Оставаться в этом аду и выживать было выше моих сил.
