Я вижу себя перед зеркалом: бледное отсутствие краски на лице, круги под глазами — явный признак недосыпания. Никакие косметические средства не могут скрыть эти тени. Анжела начинает что-то изображать на моем лице с непонятной решимостью, будто пытается подарить мне какой-то новый look. Я понимаю её замешательство: я слишком долго оставалась в стороне. Время утекает и каждый день становится тщеславием....
Титов вёл сам, а я сидела рядом, смотрела на его чётко очерченный профиль и гадала, как воспримут мои родители встречу с ним. Они, в отличие от Миши, знали Севу очень хорошо. Оба, конечно, уже могли увидеть, скажем, мои фотографии в интернете рядом с Владом, или что-то подобное, поэтому я надеялась, что они готовы к этой встрече хоть отчасти.
– Ты на меня смотришь безотрывно последние минут десять, – тихо сказал Титов, и я поспешно отвернулась. Мы уже въехали в знакомый район, а это значило, что Влад действительно вёз меня к родителям.
– Тебе показалось, – отрезала я, отворачиваясь, и услышала, как муж хмыкнул.
У меня была ещё одна мысль не дававшая покоя. Конверт, тот самый, наличие которого так взбудоражило Ольгу. Я не знала, смогу ли забрать его сейчас, да и стоит ли это делать в принципе, но хотела убедиться, что он на месте, и я, или мама, не выбросили его в помойку.
– Идём? – спросил Титов, припарковав машину возле подъезда.
– Да. Только ты должен кое-что знать.
Я вышла на улицу и Влад захлопнул за мной дверцу. Он нахмурился, я же делала всё, чтобы унять отчаянно колотившееся сердце.
– Что? – уточнил он всё же и, взяв меня за подбородок, повернул лицом к себе.
– Мои родители очень хорошо знали моего погибшего мужа, – проговорила я и вновь увидела тот самый тёмный цвет, что уже замечала в глазах Титова. Впрочем, очень быстро он исчез, а на лице Влада появилась маска безразличия.
– И что? – с насмешкой поинтересовался он.
"– И для них может быть огромным сюрпризом то, что я привела в дом нового супруга, точь-в-точь на него похожего, – отрезала я и, высвободившись, пошла к двери.
– Неужели я настолько на него похож? – донёсся мне в спину голос Влада.
– Ты даже не представляешь, насколько, – с горечью произнесла я и потянулась к домофону.
– Господи… Господи, Линочка!
Мама воскликнула и обняла меня так крепко, что я даже забыла, как дышать. Сзади нее маячил папа, на лице которого была написана неподдельная тревога.
– Мама, папа, это Влад, – быстро сказала я, высвобождаясь. Вошла в квартиру и повернулась к Титову.
Тот улыбался так открыто и искренно, что не поверить в эти его качества мог только слепой.
– Влад? – уточнила мама дрогнувшим голосом.
– Да. Влад. Я тебе после всё объясню.
