В темной беседке за городом на фоне мерцания фонарей играет легкая музыка, а твой взгляд скользит по шифрованному бутылочку. Комната заполнена оттенками ночи и глубиной воспоминаний, ты помнишь каждую встречу с другом, каждый крик веселья и смех, словно они были только что....
Похоже, «Я тебя помню» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
А мне тоже гадай: запомнила, нет? Расспросила лаборанточку с пристрастием после того, как я из аудитории срулил?
И что та ей рассказала?
И ждать ли мне приглашения к ректору и суровой кары за свое поведение?
Или нет?
И нахера мне эти сложности опять?
Проклятая Инесса! Даже если это и не она! Один призрак ее опять возник в моей жизни и все, к херам, сломалось!
Лаборантка, прекратив шнырять вне зоны видимости, выползает на передний план. Ногу подволакивает, горбится, в халате своей уродском запуталась совсем…
Надо было ее хоть пощупать под шумок…
На пробирки теперь уже побоку, естественно, смотрю только на новый для себя объект, даже не осознавая этого.
Расстраиваюсь, что упустил момент, потому что надо было проверить! Может, визуальный ряд и глючит, но вот ощущения от ее шикарных троечек я не забуду никогда! И в темноте узнаю, наощупь!
Рядом вполголоса перешептываются девчонки, обстебывая нелепый наряд лаборантки, а мой задумчивый взгляд замечает сосед, отличник Серега Кошелев."
"— Не, ну так если подумать, — тихо говорит он, типа, поддерживая мой интерес, даже оправдывая его, — если её переодеть, эти адские окуляры снять и накрасить, волосы распустить, то будет соска.
Я не отвечаю, только злобно поджимаю губы.
Кошелев, несмотря на то, что отличник, вполне себе ходок. Все успевает, сука, и учиться, и девок пачками в общагу таскать…
И еще и новые объекты для траха находить.
Но тут обломится.
Я чуть прищуриваюсь, не отводя пристального взгляда от субтильной фигурки лаборанточки.
Пытаюсь отметить фальшь в ее движениях и мимике.
Она же, словно чувствуя мое внимание, не помогает. Тупо скукоживается в углу возле кафедры, делая вид, что страшно занята какими-то бумажками.
Спиной стоит, и я изучаю толстую черную косу, ровно покоящуюся на застиранном хлопке халата.
Некстати приходит воспоминание про Луговую деву, героиню северных сказов. Это как-то мы отдыхали, летом еще, в резиденции дядьки Юры, в Карелии.
Мы сидели вечером, после насыщенного дня, уложив детей, наслаждались классным теплым воздухом, выпивали, конечно, но умеренно, дядька Юра не одобряет такого, ели жареное мясо, смотрели в костер, в удивительно темное для севера небо… Отец, Марта, дядька Юра, еще, по-моему, кто-то из взрослых был… И жена дядьки Юры, ведьма Полина, тихим, мерным голосом рассказывала эту историю.
