Автор
Я тебя присвою — это жутковатый ужас, где главная героиня прячется от преследователей, каждый шаг под которым ощущается как последний до встречи с ним. В доме царит хаос, и каждое шуршание лифта может стать вашим концом. Лестница хлипкая, а паника захвачена кровью в жилах....
Похоже, «Я тебя присвою» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Знаю, что в моих интересах преследует торжество справедливости, и все же на первых минутах осмысления дрожь пробивает. — Они все оказывали на тебя определенного рода давление. Кто-то меньше, кто-то больше, — резюмирует Андрей. — Названивала и денег просила Купчиха, но Степану тоже выгодно было дурака из себя строить.
В какой-то мере Рейнер и в этом прав, конечно. Гораздо легче не замечать очевидное, не принимать реальность. Все грязные манипуляции и провокации проворачивала тетя Люда, но что папа сделал, чтобы разобраться? Ничего.
Замолкаю и оставляю эту тему. Пусть так. Должна признать, как бы это ни было эгоистично, испытываю облегчение. Еще не знаю, как жить без Андрея получится, но то, что не будет необходимости отбиваться от мачехи, уже послабление. Может, и справлюсь… Должна.
Саульские, как обычно, гостеприимно принимают. Юля много шутит, Рома в какие-то моменты ненавязчиво поддерживает, мы же с Андреем, не сговариваясь, большую часть вечера молчим.
Камень к сердцу привязан. Оттягивает мышцу, причиняя острую боль. Мне только предстоит научиться терпеть подобное с улыбкой. Ведь, по сути, для меня это первое столь сильное душевное потрясение.
Потеряла голову. Впустила в сердце. Не смогла быть бесчувственной куклой. Сама не захотела.
— …Ну, прости, Ромочка, такая уж я есть — через колено не переломишь, — отбивает Юлька мужу.
Невольно усмехаюсь, наблюдая за ними.
— И это хорошо, — ровным тоном произносит Саульский. — У каждого человека должны быть принципы. Хуже, когда шатает из стороны в сторону.
— Шатает, как мне кажется, периодически каждого. Только ведь себя не перепрешь, — развивает мысль Юля. — Как ни пытайся, потом лезут эти принципы боком и требуют возмещения морального ущерба.
— Кровью смывать приходится, — добавляет Рома.
У меня от этого обмена опытом озноб по спине ползет, Саульские же совершенно спокойно сворачивают исчерпавшую себя тему и задают новый предмет обсуждения.
— Весной хотим на неделю в Европу слетать. Выбираем между Италией и Францией. Вы как? Не хотите? — интересуется Юля. — Знаю-знаю, вы, наверное, себе после свадьбы что-то запланировали, — я каменею, дышать перестаю. Плохо переношу вынужденную ложь, а сегодня и сам факт фиктивных отношений достигает апогея боли. — Но мы не раньше конца апреля планируем, да, Ром? — заверение мужа получает кивком.
