Автор
Я тебя присвою — это жутковатый ужас, где главная героиня прячется от преследователей, каждый шаг под которым ощущается как последний до встречи с ним. В доме царит хаос, и каждое шуршание лифта может стать вашим концом. Лестница хлипкая, а паника захвачена кровью в жилах....
Похоже, «Я тебя присвою» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Хочу, чтобы моя уверенность ей передалась. Ва-банк иду, конечно. И ее на то же подбиваю. — Или дашь заднюю? Нехорошо, Натали.
Срабатывает. Порывисто черкает подпись на всех бумагах, которые ей оперативно подсовывает Костя. Лишь откладывая ручку, поймав мою ухмылку, будто опомнившись, сдавленно интересуется:
— Это потом можно будет обратно вернуть?
— Можно.
Если я позволю. А это в мои планы не входит.
— Ладно, — заметно расслабляется. — Теперь я могу идти?
— Пятнадцать минут посиди. Вместе поедем.
[1] Плести семерки (вор. жарг.) — врать.
22
Барби
Не собиралась ведь в ближайшее время наведываться к отцу и тете Люде. Но мачеха принялась названивать и упорно зазывать в гости.
— Новости есть. Хорошие! И вообще, ты там губы зазря не дуй. Знаешь же, что добра тебе желаю. Характер у меня такой, не умею я эти сюси-пуси…
Не умеет, но зачем-то придает голосу нарочитой и совершенно неестественной медоточивости. От этих скрипуче-дерганных звуков аж скулы сводит.
— Теть Люд, я не обижаюсь. Мне, правда, некогда. Учеба все время отнимает…
— Все успеешь. Успеешь! Давай, не зазнавайся. Помни, кто тебя взрастил. Мы тут соскучились.
Господи…
— Хорошо. Заеду сегодня. Ненадолго, — сразу же ставлю перед фактом. И тут же все порчу, начиная словно бы извиняться: — У меня, правда, очень туго со временем. Правда.
— Ой-ой, прям уж… — фыркает мачеха в трубку. Но, быстро спохватившись, вновь скатывается на показную доброжелательность. — Ждем тебя, дочка.
Дочка… Да уж…"
"Ругаю себя и все равно еду. Сразу после пар набираю Андрею сообщение, чтобы предупредить о том, что сегодня задержусь. Идея ему явно не нравится, однако он все же выражает сдержанное согласие. Просит лишь не засиживаться. Я и не планирую. Заранее настраиваюсь, не принимать близко к сердцу подготовленное тетей Людой выступление. Пусть хоть желчью изойдет, не буду реагировать и расстраиваться. Мне все равно. Я для себя выводы давно сделала. Никаких ложных ожиданий и разбитых надежд.
Тетя Люда ведет себя подозрительно обходительно. Спровадив отца в магазин, под предлогом того, что закончился хлеб, увлекает меня в кухню. Чаями да пирогами угощает.
Я бдительности не теряю. А уж когда вижу в хлебнице полторы буханки хлеба, еще сильнее напрягаюсь.
— Отцу назначили день операции. Уже анализы сдаем. Будем в среду ложиться. Сказали, что все быстро пройдет. Через две недели на завод вернется.
