Мариам встретила брата Давида после долгого времени: он наконец приехал в гости с семьей. Слезы радости выступают на глазах Мариам, когда она обнимает своего любимого человека. Вместе они оживляют умирающую тусовку, заставляя весело подпевать музыку и улыбаться в ответ на шутки....
Чувствую, как член наливается кровью, и одергиваю себя от воспоминаний.
Мариам положила голову мне на плечо и водит пальцами по воротнику рубашки. Мог бы — целый день так и провел. А сейчас снова ее отпускать придется и теперь уже до послезавтра. Завтра дел невпроворот, а вечером клуб, в который мне никак не хочется идти, но надо, потому что Михайлов постоянный клиент и выказывать неуважение к нему подобным образом просто нельзя.
— Кстати, Алекс просил передать, — вспоминаю о фотографиях, принесенных фотографом еще два дня назад.
Достав несколько снимков, Мариам начинает улыбаться.
— А я ничего.
Не могу не согласиться и смеюсь.
— Ты не ничего, котенок. Ты божественна. И я даже ревную, что на тебя будут смотреть миллионы прохожих.
На фото малышка действительно выглядит обалденно. Скромная сексуальная богиня со взглядом пантеры.
— А это те, что снимал я, — выуживаю из другого ящика почти такой же конверт и высыпаю снимки на стол.
- Я здесь какая-то другая.
— Настоящая. Особенно мне нравится это фото.
Перебрав несколько снимков, нахожу тот, на котором она смотрит прямо в камеру и дерзко прикусывает кончик пальца. Сумасшедший снимок. Огненный. Она здесь чертовски обольстительна. Игривый взгляд бьет прямо в цель и даже видно, как ей самой это доставляло удовольствие.
— Видишь какая ты рядом со мной?
Опускаю губы на острое плечо и оставляю несколько поцелуев на бархатной коже.
— Только с тобой такая, — признает и так очевидное.
— Потому что моя, — хмыкнув, поворачиваю ее лицо к себе за скулы и целую. А потом отрываюсь и киваю на стол, — а вот еще несколько крутых.
Сбросив верхние снимки, выискиваю те, на которых мы сначала смотрим друг на друга. Застывшие, как кадр из фильма. Глаза в глаза. А потом целуемся. На первом фото маленькая осторожно касается моих губ своими, на втором поцелуй выглядит более уверенным, а третий снимок вызывает пожар в паху, потому что я отчетливо помню каждую секунду этого безумия.
— Повесим его в нашей спальне, — поглаживаю пальцем кромку платья, и задираю его, чтобы пробежаться подушечками по горячей промежности через колготки и тонкую ткань трусиков. Мариам рвано выдыхает и тут же врезается в меня взглядом.
