В небольшой клиниках доктора Руслана Таировича ждут пациенты с неизлечимыми заболеваниями. Если он возьмёт тебя на работу, возможно, ты сумеешь уговорить его взяться за операцию для своего сына Никиты. Под крылышками фикуса ты стоишь у входа в кабинет - всё дышится и живёт, а стены звенят от твоих мыслей: как говорить с господином так, чтобы он взялся за дело?...
- В общем, из вариантов сейчас или Хасанов, или ещё один нейрохирург в Москве, или Германия, или Тель-авив. Самое реалистичное - Хасанов. Ни Израиль, ни Германию мы не потянем даже если я продам его квартиру, понимаешь? Там реабилитация ещё три месяца минимум, после операции на базе клиники. Это нереальные деньги.
- Понимаю. А фонды?
- А фонды нам отказали, у нас прогноз на восстановление всего двадцать процентов. Они пропускают тех, у кого больше шансов.
Мы поднимаемся в лифте.
Разговаривая заходим в квартиру.
- Заходи. Ник, привет, я не одна! - говорю погромче.
Дверь в его комнату демонстративно и громко захлопывается.
Он не любит гостей теперь. Его это смущает.
Поджимаю губы, извиняясь, развожу руками.
- У нас есть кое-какие психологические проблемы теперь, - объясняю шепотом. - Но он вообще хороший парень... Пройди ко мне в комнату, я с ним поговорю.
- Ник? - заглядываю к нему.
- А можно хотя бы предупреждать?! - шипит на меня.
Взъерошенный и в трусах. Прям как Лера... Только она - смуглянка, а он светленький.
- Ник, это врач, - шепчу я. - Мой друг. Он попробует нам помочь.
Психует, разводя вокруг руками и показывая на себя.
В комнате дикий бардак, сам не одевался с утра и возможно даже не умывался.
Устраиваю ему очень тихую, но весьма экспрессивную выволочку на этот счёт, для более глубокого осознания припечатываю полотенцем, но он успевает поднять локти.
- Если тебе стрёмно за бардак и свой внешний вид, делай с этим что-то! Это в твоих силах! Быстр-р-ро оделся, умылся, причесался.
Давид смотрит фотоальбом с нашего курса.
Выпускной...
- Аа... - мечтательно. - Красивая какая ты здесь. Засматривался на тебя.
- Ой, прекрати, ты на всех засматривался! - смеюсь дружелюбно.
Давид был любимцем девчонок. Весёлый, умный, галантный на фоне других и всегда при деньгах. Все спешили запрыгнуть в постель к этому голубоглазому красавцу, надеясь заполучить его сердце. Но он прослыл мастером уворачиваться после секса.
"И ко мне была пара ненавязчивых подкатов. Но я тоже была мастер уворачиваться и дружить, правда до секса. К флиртунам и сердцеедам я отношусь с большим сомнением…
Зато вот поди ж ты… Стекаю, оказывается, в трусики от тиранов, хамов, абьюзеров. Да-да… Я не забыла про массаж тестикул.
Подсовываю Давиду в руки пачку бумаг по Нику.
МРТ... КТ... Анализы...
- Юшков делал?
- Аха...
