Лина вышла из дома, ожидая знакомого лица, не подозревая, что ее встретит знакомый голос. Подойдя к Ксении, она обнаружила Балаама, который казался странным и непонятным в своей гостиной. Ее сестра удивляется появлению постороннего человека, в то время как отец задает волнующие вопросы....
Похоже, «Я тебя забираю» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Ты — из нашего времени уже расплатился, — ведьма поправила графитовое перо, игнорируя шумный, полный недовольства вздох Андраса.
— Вдвойне прекрасно, — принц благодарно склонил голову. — А сможет ли такая сильная ведьма как ты, вернуть меня назад? Сегодня же…
— Ох, демоны, — ворожея наигранно покачала головой из стороны в сторону. — Думаешь, принц Преисподней, на меня подействует твоя неприкрытая лесть?
— Она на всех действует, — отозвался Балаам.
Ведьма звонко и беззлобно расхохоталась:
— Я никогда не перестаю вам удивляться, — она подарила первый насмешливый взгляд Андрасу, а второй уже Балааму.
— Я благодарен тебе, Ксения, — произнес Балаам, как только размашистые черные крылья маркиза исчезли с горизонта."
"— Это все Мила, меня не за что благодарить, — волчица излучала искреннюю, совершенно неподдельную радость.
В этот момент принц не думал, что обыкновенные полеты превратятся для него в пытку. Двухнедельную изощренную пытку. Пытку, которой позавидовал бы самый искусный мастер.
— А я могу вот так! — девочка поднималась в воздух, активно размахивала руками, изображая пловца. — Или так, — переворачивалась на спину, успевала сделать пару ""гребков"" и падала вниз.
— Это опасно, — внизу взволнованно наблюдала волчица. — Аврора, я просила тебя больше так не делать! — старалась перекричать детский радостный визг.
Маленькая демоница, ловко, как кошка, переворачивалась в воздухе со спины на живот.
— Не поймаешь! — она искусно изображала глухоту, продолжая хвастаться умением пикировать перед Балаамом. — Не поймаешь, — подныривала под ветви деревьев, прячась в листве. — А теперь я ловлю.
А принц Преисподней наблюдал за дочерью словно через стекло.
И каждая минута счастья — не его счастья, заставляла чувствовать себя предателем. Ненавидеть себя.
