Заминовская решает сменить обстановку и прервать серию невзгод на работе. Ее предчувствие неожиданно ведет к дружественной, почти родственной атмосфере парковки — где она может отвлечься и расслабиться перед новой страницей жизни.
— Считаешь, я похож на шутника? — Шаталов вскидывает левую бровь, и дрессированный табун мурашек начинает забег от моей макушки вниз.
— Я вас даже не знаю!"
"— Марк. Имя наверняка слышала. Этого хватит.
— А кем вы работаете? Или чем занимаетесь? — Облизываю губы. — Мне нужно убедиться, что вы сможете меня защитить.
— Я смогу. Предлагаю на этом поставить точку.
— Я, конечно, рада, что вы все сможете... но у меня так просто не получится. Я вообще-то не игрушка и не какая-нибудь там дамочка по вызову. У меня институт и работа.
— Учишься в медицинском и подрабатываешь в сомнительных ресторанах. — Шаталов не спрашивает. Нет, он произносит это как диагноз. Например, как сифилис или гонорея.
— Не у всех есть гора денег. — Демонстративно обвожу взглядом столовую.
Вечером я не смогла рассмотреть всю роскошь, голова была забита другим. А утром, пока местное чудище убивало в тренажерном зале боксерскую грушу, успела и дом обойти, и челюсть с пола поднять... раз десять.
— Не все с рождения живут в роскоши, — хмыкает Шаталов.
— Значит, у меня красивая попка? — Язык вновь опережает мозг. Просто фальстарт за фальстартом.
— Уверена, что готова обсудить? — Шаталов скалится в самой плотоядной улыбке, какую я когда-либо видела. — У меня, знаешь ли, по твоей вине вчера кое-что сорвалось. Боюсь, от теории могу слишком быстро перейти к практике.
В том, что он банально издевается, нет никаких сомнений.
— Вы не в моем вкусе, — ворчу себе под нос.
Чтобы занять рот и не выдать еще большую глупость, я глотаю горький, похожий на отраву кофе. Однако Шаталов будто и не замечает попытку спустить все на тормозах.
— А ты у нас, оказывается, эксперт, — произносит он, вставая.
И это звучит уже не как диагноз, а как эпитафия.
***
После перепалки за завтраком в общежитие я собираюсь, как троянец на битву с персидским царем. Мысленно заклеиваю себе рот. Повторяю слова Вити, что на другую защиту лучше не рассчитывать. И пальцами кое-как расчесываю длинную светло-русую гриву.
Хочется казаться если не привлекательной и взрослой, то хотя бы нормальной и вменяемой. Но Шаталов на мои усилия не обращает никакого внимания.
