Вдалеке шумят деревья, как будто призывая за кем-то оставить время. Княжество Воронцов в этом лесу — таинственный уголок, где солнце прячется за густыми листвами. Василий Андреевич, князь по прозванию Великий, шагает среди них, отгоняя сквозь плечи легкий ветерок, прежде чем дойти до своей убежища. Здесь есть то самое место — небольшая речка, которая заменяет ему летние купания....
- Я!? – поднялся Воронцов.
- Да полно тебе, Василий Андреевич. Видела я вас с ней вместе, - вздохнула Соня.
- Это когда же, душа моя, ты меня с этой девкой видела?! – грозно спросил Воронцов.
- Накануне того дня…, - ответила она."
"Словно вспышка молнии мелькнуло воспоминание. Василий мрачно глянул на жену.
- Ох, Соня, Соня, - покачал он головой, - Не было у меня с ней ничего. Случайно в коридоре она на меня налетела.
Софья удивленно распахнула глаза, вглядываясь в любимые черты. Неужто ошиблась она в своих подозрениях.
- Прости меня, что думала плохо о тебе.
Василий грустно усмехнулся. Что ж, поводов он немало давал к сомнениям. Заслужил, стало быть.
- Савелия жалко, - тихо молвила она.
- Хороший мужик, - согласно кивнул головой князь, - Но не мог я ее оставить. Кто знает, что еще ей в голову придет?
Воронцов поднялся, протянул руку жене.
- Вставай, сердце мое, домой пора.
Утром Дарья, зайдя в комнату хозяйки, увидела, что постель нетронутая ночью осталась.
Жизнь в усадьбе покатилась своим чередом. Софья вернулась к своей второй страсти после лошадей. Вот и сегодня она с утра вместе со старым садовником планировала разбить новую клумбу под окнами кабинета его светлости.
- Синие! – громко сказал он.
- Помилуйте, Ваша светлость, так не бывает таких, - развел руками садовник.
- Тогда васильки посади, - усмехнулся Воронцов, - такие же синие, как глаза у Софьи Алексеевны.
- Василек ты мой, - рассмеялась Соня, смутив его светлость.
Скрывшись в оконном проеме, Воронцов продолжил чтение письма, полученного от государя. Император писал, что по его ходатайству граф Борис Николаевич Хвостов был арестован и теперь ее светлости Софье Алексеевне надлежит явиться в столицу для дачи показаний против него в судебном процессе по делу о похищении.
Возвращаться в Петербург не хотелось, но оставить мерзавца, покусившегося на жизнь и достоинство его супруги безнаказанным, Воронцов не хотел.
