В полуденный час, часов в половине девятого под окнами музыкального заведения слышится скрип башмачков по паркетному полу. Ольга Вечная стоит возле стойки и смотрит на своего знакомого чинара — молодого человека, обычно не обращается к ней за помощью, но сейчас она вынуждена отдать ему своё время. Он держится уверенно, глаза заспанные от беззаботного отдыха, хотя сам знает, что сегодня он обязан прийти и принести важную новость или объяснение....
А мне так стыдно! Я знаю эту историю, раньше мне казалось, что это забавно. Права на день рождения вместе с машиной.
— Я звоню твоему отцу, — говорит Богданов.
— Как ты мне сказал в тот раз у арбитража, когда я попросил не обижать мою девочку? Ах да, что моей девочке понравится! И надо же, — Лео разводит руками. — Понравилось!
— Блть!
Кирилл толкает его в грудь. Получает ответку. В этот момент я, наконец, отмираю и устремляюсь к подъезду.
— Воу-воу. Позор семьи, понял уже. Отец в печали, что не вы его сын, уважаемый судья.
Его отчаяние душу мне разрывает, я не хочу все это слышать. А еще я не хочу, чтобы слышал Кирилл, но я не представляю, как повлиять на ситуацию.
Оборачиваюсь лишь тогда, когда оказываюсь в подъезде. Дверь за мной закрывается. Стальная, тяжелая, даже звуки не пропустит. Но Кирилл остается там, на улице. Напоследок я вижу в руках Леонидаса что-то небольшое, поблескивающее в свете фар.
— На улицу не выходи! — рявкает Богданов, предупреждающе подняв руку.
Рявкает так, что ослушаться невозможно.
Дверь закрывается, я прижимаюсь к ней спиной. Округляю глаза, не в силах быстро осознать происходящее. Леонидас приехал с оружием!
Надо вызвать полицию. Что в таких случаях еще сделаешь? Прямо сейчас… Телефон в сумочке, сумочка осталась в машине. Я кидаюсь к первой попавшейся двери и только начинаю колотиться, как слышу выстрел. Потом еще один.
Грохот оглушающий. Ощущение, что стреляют прямо под ухом. На всю округу! Колени становятся мягкими, я обхватываю себя руками и часто дышу. Гул в ушах, мне дурно. У Константина Андреасовича много оружия на любой вкус, он увлекается стрельбой, есть все разрешения. Но Леонидас никогда не брал его пистолеты, у него даже мыслей таких не было.
Опускаюсь на корточки. Он сказал не выходить на улицу.
Потом снова подскакиваю. Возможно, Кириллу нужна помощь. Стучусь в одну дверь, вторую… никто не открывает.
— Вызовите полицию и скорую! Пожалуйста, позвоните в скорую!
Я кидаюсь к подъездной двери. Мне так страшно! Внезапно я ощущаю себя самым одиноким человеком на свете. Леонидас не смирился с тем, что я с другим мужчиной, и приехал ко мне с оружием. Кирилл не должен был быть здесь, он раньше девяти из здания суда не выходит, это несложно вычислить.
Именно сегодня Кирилл сделал исключение, потому что я расстроилась из-за встречи с бывшим.
