Автор
За северо-западного междугородного автобуса бьют ослепительные фонари, освещая путь желтым холодным светом. Темные силуэты деревьев напоминают гигантские чудовицы, стоящие в стороне от трассы. Внутри лишь семь проснувшихся человек — все они спят. Я скинул босоножки и устроился под углом на сидении, ноги поджав к телу, пристально глядя в окно и думая о том, что жизнь несет в себе множество загадок: странностей, жестокости и бесконечного отчаяния....
Похоже, «Я тебя ждал» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Обретя хоть какую-то опору, чувствуя себя чуть уверенней. Если вообще уместно говорить об уверенности в такой ситуации.
Переставляя ладони по стене, начинаю двигаться в бок, надеясь добраться до убежища, но, когда на запястье ложится чужая ладонь, подскакиваю, громко вскрикнув.
Он здесь! Он все еще здесь! Рядом. Смотрит на меня, наблюдает. Играя в свои страшные игры.
– Не тронь меня! – шепчу, и голос дрожит от накатывающей истерики, – не смей!
– А то, что? Будешь кричать? – в ненавистном голосе сквозит снисходительная насмешка.
– Не надо! – отдергиваю руку, когда ведет по коже от запястья и выше.
Не вижу, но чувствую его присутствие каждой клеточкой. Невозможность открыть глаза и осмотреться доводит до истерики, но вместе с тем, делает ощущение присутствия более реальным.
Если не видеть того, что я его не вижу (все, точно схожу с ума), то кажется, что рядом настоящий человек. Мужчина. Я слышу его движения, чувствую дыхание на своей шее, когда подходит сзади, каким-то внутренним чутьем улавливаю его настрой.
Его намеренья настолько очевидны, что чувствую себя совершенно беспомощной, обреченной. Но также чувствую и то, как кровь шумит в висках, быстрее бежит по венам, пульсируя внизу живота.
Дернулась, неуклюже переступив с ноги на ногу, когда чужие ладони уверенно легли на бедра, медленно поднялись выше, сжимая талию.
Совсем другие ощущения, когда между нами никого нет. Только мы, наедине. Нервы гудят, вибрируют, толпой мурашек отзываясь на каждое прикосновение.
Хочется его оттолкнуть, отшвырнуть от себя чужие руки, но не могу. Меня будто парализовало. Тело замерло, прислушиваясь к своим собственным ощущениям. Жадно, дико ловя каждый жест. Под ребрами клубком сворачиваются темные щупальца, и, перекатываясь, ползут, тянутся к нему.
Не понимаю себя, как не силюсь.
После всего, что со мной произошло, после ужаса, в который он меня раз за разом скидывает, какая-то часть меня, хищно облизываясь, принюхивается, прислушивается и с готовностью следует за ним.
Тем более теперь, когда я знаю, что Чернов здесь вообще не причем. И тогда в бане я отреагировала вовсе не на парня сестры, а на Него.
И сейчас реагирую, вздрагивая, когда ведет пальцами по животу, поднимается выше. Прикосновение обжигает, даже через ткань. Пытаюсь унять бухающее в груди сердце, но не могу. Оно с каждым мигом разгоняется все сильнее.
