В свете подъезда она видит свою яркую тень — копию себя, вырванную из реальности. Ненависть разъедает её изнутри, стыд пожирает. Но нет пути назад — впереди ожидает суровая правда. Смерть может спасти от унижения, но она борется за последний шанс восстановить свое достоинство....
Какие женщины тебе нравятся? Блондинки или брюнетки? Высокие или низкие? Как сильно важно происхождение и магический потенциал?
Смерив меня мрачным взглядом и сначала доев свою булочку до конца и щедро запив, только после этого Сэверин слегка наклонил голову набок, чуть подался вперед и вкрадчиво заявил:
- Α если я скажу, что мне нравишься ты, чудо? Выйдешь за меня замуж?
— Йа-а-а?! — выдавила сипло, чувствуя, как застревает в горле крошка, грозящая стать причиной моей нелепой смерти. Натужно закашлялась аж до слез и только после того как прокашлялась, запив всё это чаем, с полным правом обвинила собеседника в злодействе: — За что ты так со мной?
— А ты? — скривил губы мужчина, всё это время спокойно просидевший напротив и даже не попытавшийся облегчить мои страдания.
— Я счастья тебе хочу!
— Эмилия, — поморщился. — Твоя ложь имеет привкус старого миндаля. Как цианид. Не надо, а?
Шикнула, позабыв, что передо мной сидит не просто приставучий мужчина, а сильнейший маг современности, но почему-то особого пиетета это у меня уже не вызывало.
Но его слова… Οн же пошутил, надеюсь?
— Как я могу тебе нравиться, если ты ненавидишь ложь? — взглянула на него чуть исподлобья.
— Сам в шоке, — развел руками Сэверин и его губы тронула кривоватая усмешка. — Но это правда. С тобой интересно и легко общаться.
— При чем тут тьма? — не поняла его уточнения.
— А ты не знаешь? — некромант слегка приподнял брови, на что я отрицательно качнула головой. — Тьма всегда манит, это непреложный закон мироздания. Об этом не пишут в книгах, но лично для меня это очевидно. Удивлен, что ты не поняла это раньше.
— Манит… — проговорила медленно и вскинула на мужчину обескураженный взгляд.
— Может быть отчасти, — пожал плечами. — Но вряд ли это главная причина. Не беспокойся, я разберусь, тебя они больше не побеспокоят. Так что там с твоим ответом? Выйдешь за меня замуж?
— Да ну тебя! — возмутилась уже в голос, радуясь, что больше не ем и не помру, подавившись.
— Но почему? — кажется, Сэверин не обиделся, однако в его глазах замелькала ничем не прикрытая злая ирония.
