В свете подъезда она видит свою яркую тень — копию себя, вырванную из реальности. Ненависть разъедает её изнутри, стыд пожирает. Но нет пути назад — впереди ожидает суровая правда. Смерть может спасти от унижения, но она борется за последний шанс восстановить свое достоинство....
Почистить магией спортивную форму — десять минут, досушить волосы — пять, а ещё через семь примчалась Tьма и, хрипло хихикая, сообщила, что Джулиан тоже помылся и уже заказал из ресторана обед на две персоны, который доставят ему не позже, чем через двадцать минут.
Οбед, ага… Из ресторана. На две. Две персоны!
Ну и зачем?
Кстати, есть хочу…
Искренне не понимая мотивов будущего герцога, но при этом не желая идти ему навстречу даже в этом (и надолго он планирует затянуть обед?!), я хорошенько подумала, старательно прикинула и по моим губам расползлась пакостная ухмылка.
Он может сколько угодно заходить ко мне через час и даже два, но вот ведь в чем беда: меня тут не будет!
Понятное дело, с травмированной ногой далеко не убежишь, но и мне далеко не надо. В итоге я быстренько собрала сумку со всем необходимым, потратила еще несколько минут, чтобы переодеться в форму, приказала Тьме найти где-нибудь вкусной еды, спряталась от любопытных глаз адептов элементарным отводом глаз и в полторы ноги поскакала в библиотеку, где к моим услугам всегда имелся тайный закуток, куда никто и никогда не заглядывал.
Раньше там частенько протирала юбку Эмилия, предпочитая читать книги и делать уроки не в компании соседок по комнате, а в блаженном одиночестве. Каморка с узким, практически номинальным окошком, досталась ей по договоренности с библиотекаршей — раньше там была подсобка для хранения еще не оприходованных книг, регулярно приходящих для пополнения библиотечного фонда, но старательная девица разгребла её еще на первом курсе и с тех пор это была лишь её территория.
А теперь и моя!
В последний раз книги присылали прошлой весной, но всего дюжину коробок и Эмми разобрала их за несколько дней, так что сейчас ничто не помешало мне прошмыгнуть в библиотеку через дежурный вход и, минуя даже бабулю Кармен, устроиться со всем комфортом.
Кстати, не со всем. Непорядок. Изучив старый обшарпанный стол и шатающийся стул, а так же раздражающую пыль на полу и потрескавшуюся краску на стенах, я потратила двадцать минут на наведение лоска: ликвидировала грязь, закрепила шатающуюся ножку стула и наложила простенькую иллюзию на все, что меня окружало: стол приобрел оттенок мореного дуба и свежий лаковый блеск, стул превратился в полноценное кресло, на стенах появился дорогой тканевый узор, а убогое окно прикрыла бархатная портьера.
