В свете подъезда она видит свою яркую тень — копию себя, вырванную из реальности. Ненависть разъедает её изнутри, стыд пожирает. Но нет пути назад — впереди ожидает суровая правда. Смерть может спасти от унижения, но она борется за последний шанс восстановить свое достоинство....
— Думаешь, в нем дело?
— Не совсем, — ответила уклончиво, переходя на магическое зрение и выискивая хоть что-то, за что я смогу зацепить поисковое заклинание.
Εсть!
— Скажите, вы с кем-то ссорились в последнее время?
— Я? — высокомерно вздернула брови вдова.
— Да, вы, — подтвердила строго и миссис Муариф, иронично хмыкнув, задумалась.
Пока женщина решала, рассказывать или нет (это читалось по ее лицу), я неторопливо плела поисковое заклинание, рассчитанное на сущь, попутно вплетая в него ловушку, что бы тварь, почуяв во мне угрозу, не сбежала.
— Ну, было дело, — нехотя призналась женщина, когда я почти закончила. — С невесткой у меня не складывается. Думаешь, она?
— Далеко невестка живет? — уточнила чуть отстраненно, сосредоточив основное внимание на ключевом узле ловчей сети.
— На окраине, — пренебрежительно хмыкнула дама. — Сынок у меня бестолочь. Купили мы с мужем им дом на соседней улице, лавку открыть помогли, да только и пяти лет не прошло, как Федосий прогорел и дом за долги продал, только и хватило, что на хибару на окраине.
Терпеливо выслушав не такие уж и редкие откровения своих клиентов, среди которых дамы за пятьдесят составляли превалирующее большинство, сочувственно покивала и попросила отойти в сторону, освобождая центр кухни.
"Результат появился почти сразу. Всё-таки дом у миссис Муариф был намного меньше дома лорда (и зачем я о нем вспомнила?!), так что из угла, где стояло ведро для мусора, сначала потянуло потусторонним холодом, затем появился туманный сгусток с мерзким запахом, а потом и ловчая сеть сработала, пеленая не самую маленькую и слабую сущь, которая выглядела, как склизкая бурая клякса размером с курицу.
— Что это?! — обескуражено выпалила женщина, передергиваясь от отвращения, пока я медленно подтаскивала к себе воздушным арканом эту дрянь.
— Сущь, — озвучила очевидное.
