Автор
В этой книге ты найдешь душевные муки и радости Соколовского, пьяного от собственного безрассудства, когда он неуклюже пробуждается после ночной оргии. Мир его мрачен и агрессивен, но искренняя любовь женщины способна развенчать даже самую темную изоляцию. Книга Я требую развод — это увлекательное путешествие через глубины человеческой души и её потрясающих возможностей....
Похоже, «Я требую развод» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Наши взгляды встретились, и мне казалось, что он уже не послушает, когда, кивнув головой, Витя продолжил путь. Дойдя до машины, он аккуратно усадил меня на заднее сидение автомобиля. А после, захлопнув дверцу, развернулся и пошел назад. Я следила за ним через стекло и видела, как он вытащил из тачки того придурка, что назвал меня шмарой, и пару раз врезал ему по лицу. Кто-то что-то крикнул ему, и Виктор повернулся в его сторону, но сделав пару шагов вперед, остановился. Тот заблокировал двери, вызвал на красивом лице моего мужа ухмылку.
Сев в машину, Соколовский повернулся ко мне.
— Как ты?
— Болит. — поджав нижнюю губу, капризно выдаю я.
А сама пытаюсь скрыть улыбку. Хоть я и злюсь на этого идиота, и ни в коем случае не прощу ему его выходки, сейчас мне очень приятно, что он защищал мою честь. Конечно, можно было бы и не бить морды, но ведь это Соколовский.
— Потерпи немного, скоро будем в больнице.
Согласно киваю, и мы трогаемся с места. В больнице мне перетянули лодыжку эластичным бинтом, дали обезболивающее и выписали какую-то мазь.
— Твое наказание откладывается на несколько дней.
— В смысле?
— Сладких снов, детка. — усмехается в ответ, а потом просто выходит из моей комнаты и закрывает за собой дверь, оставляя меня одну.
Но кто бы меня послушал? Это гад даже и не думал подчиняться.
Глава 42
Открываю глаза, чувствуя острый аромат свежей выпечки. Прямо передо мной стоит мой муженек с подносом в руках. На его губах играет какая-то странная улыбка, когда он смотрит на меня и не замечает того, что я уже проснулась."
"Тоже прохожусь по нему взглядом, как губка, впитывая весь его образ. От серых трико, что так низко сидят на бедрах, открывая белую полоску от резинки его фирменных трусов.
— Что смешного? — интересуется он, выгнув одну бровь.
— Просто хорошее настроение. — улыбаюсь, не желая признаваться в истинном мотиве. Уверена, ему не очень-то понравится напоминание об этом.
— Это хорошо. — ставит передо мной поднос. — Как нога?
— Болит, но если не шевелить ею, то терпимо.
