Автор
Предметы в доме кажутся знаками судьбы, и я готов поклясться, что каждое дыхание приближения к ним усиливает напряжение. Вечером, когда заскучишь перед телевизором, понадобится только небольшой подъезд или столовая, чтобы окончательно осознать, что дома может быть куда опаснее вдали от тебя....
А ведь все могло закончиться далеко не только слезами и испугом.
— Прости, — шепчу ей в губы, на что Настя непонимающе смотрит на меня."
"Аккуратно ласкаю ладонями ее ноги, вырисовывая узоры на внутренней стороне бедра. Наклоняюсь и провожу губами по разгоряченной коленке.
— Больно?
Вместо ответа она качает головой и тут же закрывает глаза, заводя руки назад, опираясь о столешницу.
Сейчас она не выглядит, как испуганный заплаканный воробушек. Маленькая бестия, не осознающая и сотой доли того, как на меня влияет.
Подаюсь к ней и прохожусь губами по ее шее. Обвожу пальцем кромку ее бюстгальтера, веду ниже через кружево, задевая сосок. От соприкосновения он моментально твердеет. Чуть сжимаю и отпускаю. То же самое проделываю с другим.
Настя открывает глаза и всматривается в меня слегка поплывшим взглядом. Отзывчивая девочка, еще не знает на что способно ее тело. Бегло целую ее живот и опускаюсь ниже.
Никогда не хотелось удовлетворять женщину орально. И не сказать, что сильно брезглив, хотя и не без этого, просто не возникало желания стараться и делать приятно тому, чья роль изначально предполагает удовлетворять меня. Эгоистично, но плевать. Кто платит, тот и музыку заказывает. Здесь же все по-другому. Настя моя жена.
И стоит только коснуться ее через кружево, мгновенно сводит бедра вместе.
— Ты что?! — да уж, забыл с кем имею дело. Настя мгновенно вспыхивает, накрывая мою руку своей.
— Расслабься. Я просто сделаю тебе приятно.
— Нет. Я к такому не готова. Это только после…
— Свадьбы? — усмехаясь произношу я, мягко поглаживая ее коленку, дабы расслабить.
— Венчания.
Всякий раз, когда я думаю, что меня уже нечем удивить, я получаю от своей женушки нокаут.
— Отче наш. Иже еси на небесах…а мы еще и венчаться должны?
— Пренепременно.
— Напомни мне, а когда ты стала сильно верующей? До того, как отправила меня в гроб или после?
— Несколько секунд назад, когда поняла, что ты хочешь сделать, — усмехается, касаясь моего лба своим. — Ну прости, это…слишком. Я так пока не хочу. Не обижайся.
Раздражение скрыть все труднее и труднее. А потом меня резко отпускает. Она девчонка совсем. Ну стесняется. Это нормально.
