Автор
Предметы в доме кажутся знаками судьбы, и я готов поклясться, что каждое дыхание приближения к ним усиливает напряжение. Вечером, когда заскучишь перед телевизором, понадобится только небольшой подъезд или столовая, чтобы окончательно осознать, что дома может быть куда опаснее вдали от тебя....
Ты и детей получается никогда не захочешь потому что они отнимают время? Ты их ненавидишь?
— То же мне, твою мать, брат. Ты хотела сказать орущий комок, которого твой родитель норовит тебе скинуть, а ты святая простота не можешь отказать?
— Он ничего на меня не скидывает. И ты не ответил.
— Я не ненавижу детей и не против них. Но это не мой ребенок, я не обязан его любить. Как и делать вид, что он мне нравится.
— Как он может не нравиться? Посмотри какой он хорошенький. А какие ручки. Потрогай. Ну, Вадим.
— Рука как рука.
— Какой же ты все-таки гад. Ну потрогай.
Нет, ничего не екает. Чужое на то и чужое. А вот Настя с мелюзгой прям светится. И так искренне восторгается дрыгающимся ребенком, что меня это жуть как бесит.
— А ты кого больше хочешь сына или дочку? — ну, начинается.
— Я не думал об этом. Только не говори, что ты уже хочешь детей.
— Нет, конечно. Хочу забеременеть на последнем курсе. Так что года четыре еще есть. Но если ты хочешь раньше, то я подумаю.
— Не захочу.
— В смысле? Ты же сказал, что не против детей.
— Не против. Я не хочу, чтобы ты сама вынашивала беременность. Вопреки идиотскому мнению, что беременность это не болезнь, это не так. Она провоцирует все, что только возможно. Учитывая, что у твоей матери был рак крови, я не хочу, чтобы твоя беременность спровоцировала онкологию. Есть суррогатные матери, никакой нагрузки на твой организм.
— Ты в курсе, что ты псих? — усмехаясь бросает Настя. — Ненормальный.
— Я не псих. Если что-то можно предотвратить, это надо делать.
— А ты в курсе, что можно захлебнуться и в ложке воды? Может мне теперь не есть и не пить? А то мало ли подавлюсь?
— Не утрируй.
— Даже обсуждать это не буду. Я сама буду беременеть и рожать. Сейчас мне еще какая-то чужая тетка будет рожать, — в принципе весьма ожидаемо. И говорить об этом надо было тогда, когда реально встал бы вопрос детей.
— Надеюсь обойдемся без дебильных женских выкрутасов?
— Ты о чем?
— О том, чтобы беременеть без моего ведома.
— С тобой то забеременеешь в тихушку. Ну-ну. Не удивлюсь, если ты мои таблетки считаешь.
И эта заварушка несомненно бы закончилась скандалом, если бы не запашок от внезапно затихшего ребенка.
— Ты как будущий папа обязан научиться мыть ему попу и менять подгузник.
— Видала комбинацию из трех пальцев?
— Сама взяла, сама и мой.
— Гад.
