Автор
Предметы в доме кажутся знаками судьбы, и я готов поклясться, что каждое дыхание приближения к ним усиливает напряжение. Вечером, когда заскучишь перед телевизором, понадобится только небольшой подъезд или столовая, чтобы окончательно осознать, что дома может быть куда опаснее вдали от тебя....
Почему он твердый, не подскажешь? — мне бы отпустить руку, а я зачем-то так и сжимаю его хозяйство. Интересно, какой он без одежды.
— Тебе по-умному? Потому что пещеристые тела наполняются кровью и он увеличивается в объеме и становится твердым.
— А почему они наполняются кровью? — сжимаю еще сильнее, на что Вадим не выдерживает и перехватывает мою руку.
— Малыш, если хочешь меня потрогать, это делается не так. Я попозже научу, раз кое-кто не сподобился.
— Я догадываюсь, что не так. Ты не ответил на мой вопрос.
— По той же причине, от чего у тебя трусы мокрые.
— У меня сухие.
— Да ладно? — насмешливо произносит Вадим, направляя руку к моему белью, на что я перехватываю ее и со всей силы впиваю ногти.
— Тебя какая сейчас муха укусила? Нормально же все было.
— Нормально для чего? Для того, чтобы трахнуть пьяное, не очень привлекательное, но нужное тебе приложение? Так ты своей Сашеньке сказал? Стой, там же было еще что-то типа, что я не интересую тебя как женщина. Ну так какого хрена у тебя стоит на непривлекательное приложение?
Не ожидал.
— Я так не считаю. Это было глупостью с моей стороны.
— А это с моей, — запахиваю халат и тут же отталкиваю Вадима в грудь. Рывком встаю с кровати, Даровский следом за мной.
— Ты не должна была это слышать.
— А ты не должен был обсуждать меня с бабой, по которой сохнешь, хрен знает сколько лет!
— Не неси чушь. Да я не должен был это обсуждать ни с ней, ни с кем-то другим. Но вышло то, что вышло.
— Убедил?
— Я каждый раз себя одергивал, чтобы не связываться с тобой, зная, что между нами хрен знает сколько лет разницы. Но не всегда здравый смысл побеждает. Ты «уложила меня на лопатки». Довольна? Мне уже поздно меняться, я не стану другим.
А ведь мне в пору радоваться, раз «уложила на лопатки». Но какая-то радость вперемешку с горечью. Скажи я ему снова, что хочу, чтобы меня любили, он рассмеется в ответ.
— Ты считаешь себя самым умным, ну так напряги память, а лучше попей глицин и пожри грецких орехов для ее улучшения, чтобы вспомнить мой ответ на точно такой же заданный тобой вопрос.
