Автор
Предметы в доме кажутся знаками судьбы, и я готов поклясться, что каждое дыхание приближения к ним усиливает напряжение. Вечером, когда заскучишь перед телевизором, понадобится только небольшой подъезд или столовая, чтобы окончательно осознать, что дома может быть куда опаснее вдали от тебя....
Так что, все тут ясно.
Еще несколько секунд я слушаю треп пьяной блондинки и все же не выдерживаю, и выхожу из кабинки. Мыть спокойно руки, когда на тебя пялится три змеи, а в голове мысли только о том, действительно ли он с Сашей, сложно. Но на удивление я держусь стойко.
— Кстати, правильно говорить «какое убогое на ней надето, а не одето платье»."
"Вытерев руки бумагой, выбрасываю ее в мусорный бак, и выхожу из туалета. А я вообще правильно исправила это долбаное одето и надето? А, впрочем, какая разница. Они сами ни черта не знают.
Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, будь где-нибудь на виду. Невероятным усилием воли заставляю себя не истерить и не привлекать внимание, когда нигде не обнаруживаю Вадима. Делаю глубокий вдох и…выдох.
Когда осознаю, что эмоции сильнее меня, понимаю, что надо уйти. Все устаканится. А если я сейчас поддамся эмоциям, то натворю глупостей.
Забираю шубу и выхожу на улицу. Идти в туфлях на каблуках, пусть и по почищенным дорожкам, мягко говоря, неудобно. Одно радует, до снятого дома рукой подать.
— Далеко собралась в туфлях? — вздрагиваю от внезапно прозвучащего голоса слева от меня. Смотрю в открытое окно машины и не сразу понимаю, что это Артем.
— Прямиком до дома.
— Садись, подвезу.
Пусть я и в раздрае, но все же садиться к нему в машину не хочу.
— Спасибо, не нужно. Тут идти несколько минут.
— Тебе не кажется, что я достоен хоть одного нормального разговора?
— Извини, Артем. Нам не о чем говорить. Все что было…уже в прошлом. Если я тебя чем-то обидела, прости.
— Стой, — громко произносит Артем, как только я продолжаю путь. Секунда и он ровняется со мной. — Ты боишься меня? Я лично хоть когда-нибудь обижал тебя? Сядь в машину и просто поговори со мной.
— Это не понравится Вадиму.
— Серьезно? А с каких пор ты стала трусихой, зависящей от мнения какого-то мудака, которого навязали тебе в мужья? Он-то точно тебе верность не хранит, — да вы все сговорились, что ли?! — Если хоть немного уважаешь меня и то, что между нами было, сядь в машину.
В конце концов, а что здесь такого? Он и вправду имеет право на нормальный разговор. Так я думаю ровно до тех пор, пока не сажусь в машину. Говорить он не спешит, а вот трогается с места так, словно за ним гонятся демоны. И дверь блокирует.
— Артем, что ты делаешь?
— Клатч свой давай сюда.
— Что?
— Ты плохо меня слышишь?!
Я даже не успеваю отреагировать, он вырывает сумочку из моей руки.
— Ты хотел просто поговорить.
