Автор
В череде ожогов и утраты Вика, мир вокруг кажется кошмарным мультипликатором боли и одиночества. Виктория — светлый луч в серой жизни, а теперь она погибла, словно тень на моей душе. Теперь я — зеркало своей собственной вины, осознав, что упустил шанс спасти ее жизнь. Я ощущаю себя брошенным и ненужным, как бездыханный дух, словно погребенный под мраком....
Он смог как-то подключиться к нужному серверу, и теперь я могу просматривать записи со всех дорожных камер.
Пытаться найти на записях Вику — это всё равно, что искать иголку в стоге сена. Но я продолжаю искать. День за днём без устали часами просматриваю записи или смотрю их в реальном времени. Вики нигде нет. И я начинаю думать о самом плохом раскладе. Что если её больше нет в этом городе? Или в этой стране? В таком случае, о её местонахождении могут знать лишь мои бывшие друзья.
Видит Бог, я не хочу переходить к крайним мерам… И всё ещё пытаюсь решить вопрос мирным путём.
Вновь смотрю в телефон, выхожу из приложения и проверяю почту. Я жду важное сообщение.
Прошлым вечером в одну из камер попало лицо того типа из ресторана. Сейчас для меня устанавливают его личность. Мой интерес к нему не иссяк. Заинтригованный странным поведением Соболева, я по-прежнему хочу знать, кто он такой. Правда, новостей пока нет.
Краем глаза замечаю, как к соседнему дому подъезжает машина.
Идиллия, мать вашу…
Заметив меня практически сразу, Игнат поспешно отправляет Лизу с ребёнком домой и направляется в мою сторону, сжав кулаки. А я остаюсь на месте, приняв скучающий вид.
— Ну привет, — выплёвывает Сокол и с ходу вмазывает мне по лицу.
Я не защищаюсь и позволяю ему нанести ещё один удар. Сплюнув кровь на землю, языком провожу по губе, понимая, что она разбита, и улыбаюсь ещё шире, обнажая наверняка окровавленные зубы.
— И тебе привет… Достаточно? Или, может, хочешь ещё размяться?
— Я могу делать это целый день!
Сокол вновь нападает, но я отклоняюсь в сторону и тоже ему вмазываю. Наши силы неравны. Я сильнее. Поэтому ограничиваюсь лишь одним ударом.
— Давай не будем разбивать наши красивые лица, друг, — миролюбиво выставляю руки перед собой.
— Я тебе не друг! — отбривает Игнат. — Ты зря пришёл ко мне.
— Не просто пришёл, — киваю на участок. — Теперь я твой сосед. И мы будем видеться чаще. Как в старые добрые времена, помнишь?
— Нет, не помню. Потому что ты предал всех нас.
— Я сделал это ради твоей сестры!
— Ты мог рассказать мне о своих намерениях!
— Не мог! — отрезаю я. — Ты же упёртым бараном был.
