Автор
В череде ожогов и утраты Вика, мир вокруг кажется кошмарным мультипликатором боли и одиночества. Виктория — светлый луч в серой жизни, а теперь она погибла, словно тень на моей душе. Теперь я — зеркало своей собственной вины, осознав, что упустил шанс спасти ее жизнь. Я ощущаю себя брошенным и ненужным, как бездыханный дух, словно погребенный под мраком....
— Давай опустим этот трёп, Колесников! Ты ввязался во всё это, чтобы спасти меня от замужества. А потом мы оба погибли… И всё это время я была мёртвой. Но именно ты сегодня вдохнул в меня жизнь…
Глава 22
Колесников
Это её глаза… её волосы… тело. А к новому лицу я смогу привыкнуть. Ведь это просто маска, за которой скрывается моя Вика… её душа, к которой я тянулся всем своим естеством, но не понимал, почему.
А теперь, конечно, понимаю.
Рано или поздно я бы узнал её душу и без помощи Игната.
Наконец-то я держу в объятьях свою любимую девушку…
Вика делает судорожный вдох, когда по её телу проходит дрожь оргазма. Впиваюсь в раскрытые губы в жадном поцелуе, ловя её стоны. Выпивая их до дна. Смакую вкус губ, вдыхаю аромат кожи. Как животное… самец, который, наконец, нашёл свою самку.
И я хочу заполнить её собой до предела. Быть внутри её лона и сердца. Излиться в неё, чтобы сделать своей бесповоротно.
Приподнявшись на локтях, яростно вколачиваюсь, а Вика вонзает в мои плечи ноготки и стонет от наслаждения… и от боли, которую я наверняка причиняю, потому что изголодался по ней.
"Волны удовольствия пронизывают всё тело и обрушиваются в пах. Прошептав её имя, замираю и изливаюсь, не вынимая члена. Потом продолжаю медленно двигаться, наполняя своим семенем. С нежностью целую в губы, щёки, подбородок… Утыкаюсь носом в шею и накрываю её тело своим. Мы оба тяжело дышим, пытаясь восстановить сбившееся дыхание.
Вика проводит ладошками по моей спине, скользит вниз к пояснице и замирает, наткнувшись на шрамы. Осторожно ощупывает их, и я чувствую, как её руки дрожат. Приподнявшись, смотрю в голубые глаза, наполненные печалью.
— Ты ведь сильно пострадал в том пожаре, — догадывается она.
— Это уже неважно, — говорю с беззаботной улыбкой. — Шрамы — ничто по сравнению с тем, через что я прошёл, когда был на твоих похоронах.
Не хотел говорить об этом. Вообще не хотел поднимать тему прошлого, потому что сейчас меня волнует только этот момент и то, что будет завтра.
«Сегодня ты вдохнул в меня жизнь», — сказала Вика. А значит, она всё-таки несчастлива в браке. И мой ад, наконец, разрушился, потому что я теперь могу быть со своей девушкой.
К чёрту хирурга! Она уйдёт сегодня со мной!
— Я узнала о твоей смерти, только когда вернулась в город.
