Зачем тебе понадобились такие суммы? Для чего? Когда ты собираешься их вернуть? И что ты сказал маме?
– Какого хрена? – Джейк едва не срывается на крик, словно я его кипятком ошпарила. – Что ты прицепилась? Когда-нибудь магазин перейдет к нам. Так какая разница?
– А если мама захочет его продать? Это ее пенсионные сбережения! Мы должны их сохранить! – Я разворачиваюсь к Николь. – Ты знала, что Джейк берет такие большие суммы?
– Нет, – пожимает плечами Николь. – Но в самом деле…
– Как я уже объяснил, это чисто деловой заем, – цедит Джейк и отпивает еще глоток.
– Обычная сделка.
– Но почему ты не взял деньги в банке? – наседаю я. – Почему ты упорно разоряешь «Фаррз»? Один раз я бы поняла, но три?
На секунду кажется, что Джейк мне сейчас врежет. Но он берет себя в руки и даже натянуто улыбается, хотя глаза горят от ярости.
– Ты правда ничего не понимаешь, да? – спрашивает он. – Бедная наивная маленькая Фикси. Выпей что-нибудь. Успокойся.
– Нет, спасибо. – Я спокойно встречаю его взгляд. – Я не собираюсь пить дорогие напитки за мамин счет.
И я не «маленькая Фикси». Если ты не собираешься нормально обсуждать дела, я ухожу. Но я на этом не закончила. – Я смотрю на них в упор. – Это еще не все.
Бац. Бумс. Хрясь!
Я быстро выхожу из ресторана. Адреналин бурлит, трудно дышать. Даже не знаю, что думать. Чего я добилась, помимо того, что оскорбила дядюшку Неда и выставила себя дурой? Это был успех или провал?
Некоторое время я стою на тротуаре. Морозный воздух охлаждает пылающее лицо.
Надо привести мысли в порядок и выработать план. Что дальше? Пойти к Себу – это ясно. Поесть. Расслабиться. Свою партию я сыграла, что еще нужно?
Но почему-то я не двигаюсь с места. И вдруг замечаю, что мои пальцы выбивают привычную дробь. Постукивает нога: назад-наискосок-вперед, назад-наискосок-вперед.
Что-то зудит в голове. Что именно?
Джейк – внезапно понимаю я. Его напряженное лицо. Пульсирующая жилка на виске. Неприкрытая злость. Упорные отказы объясниться.
К нетерпеливому саркастичному Джейку я привыкла.
Но сейчас это загнанный в угол тигр. Он изворачивался. Держался на краю. А за вспышками злости, как я сейчас понимаю, таился страх.
Мне не по себе. Раздумываю несколько мгновений, а потом достаю телефон и набираю номер.
– Привет, – говорю я, дождавшись ответа. – Это ты, Лейла?
Лейла открывает дверь, и у меня обрывается сердце. Она будто усохла, и у нее тоже темные круги под глазами.
– Привет, Лейла! – Я обнимаю ее. Черт.
